И ты познаешь любовь

– Дорофея Николаевна, вы думаете, это мальчишки балуются? – засомневалась Маша.

– А кто же еще? Конечно, они, негодники. Узнать бы, кто именно, да рассказать все родителям. А те уж задали бы им трепки, – Дорофея Николаевна погрозила кулаком воображаемым мальчишкам и закрыла дверь.

– Мальчишки!? – с выражением полного изумления на лице произнесла Маша.

В 9:45 утра к зданию больницы, поднимая пыль столбом, подъехала телега, запряженная парой гнедых.

Рослый вихрастый парень выскочил из телеги и что есть мочи закричал:

– Помогите…

Маша, не помня себя, бросилась на крик.

За ней бежали Шурочка, Дорофея Николаевна и больной Лобов из третьей палаты.

– Что, что случилось? – Маша подбежала к вихрастому парню и схватила его за руку.

– Я… я… я, – заикаясь, простонал парень.

От волнения он больше не мог произнести ни единого слова.

– Успокойся, слышишь, успокойся, – Маша с силой встряхнула парня за плечи. – А теперь спокойно и внятно рассказывай.

– Председатель наш, Ефим Васильевич, послал меня с запиской к счетоводу Марку… Марку… Вот черт, забыл его отчество, – парень все еще находился в шоковом состоянии.

– Алексеевич, – подсказала Шурочка.

– Да, точно, Марку Алексеевичу. Я запряг телегу и подумал: «Домчусь в один миг до поселкового Совета и все дела». Проезжаю мимо колхозного поля. Смотрю, Михась Ямпольский вместе с отцом пашут на тракторе землю. Я помахал Михасю рукой, мол «Здорово». Он в ответ: «Здорово». Мчусь дальше. Вдруг… – парень на миг замер, широко раскрыв глаза, – взрыв, затем еще… Кони от испуга заржали и шарахнулись в сторону.

Ну, думаю, все, сейчас кони понесут, заднее колесо отвалится, поскольку вечно с ним одни проблемы, и мне каюк. Но ничего, обошлось. Поворачиваю голову назад… Ни Михася, ни его отца, ни трактора… Лишь плотная завеса из пыли стоит на том самом месте, где несколько минут назад они работали.

– Боже мой, какой ужас, – Маша прижала руки к груди.

Воцарилась мертвая тишина. Парень подошел к телеге и дрожащей рукой откинул рогожку в сторону.

– В-о-о-т, они здесь. Я их привез, – запинаясь, произнес он, наклонил голову и громко зарыдал.

Маша несколько минут стояла неподвижно, не в силах оторвать глаз от жуткой картины. Перед ней лежала груда окровавленного человеческого мяса.

– Как же ты смог их собрать? Как? – спросила Маша парня, не узнав собственного голоса.

– Я не знаю… не зна-ю-ю. Только… – парень, точно безумный, обвел взглядом всех присутствующих.