Если сердце просит сказку. Книга 2

Да только, вдруг, словно голос батюшкин Иван услышал, который подбадривал его и напоминал, что племя Драконье из огня вышло и народилось, что огонь – это стихия Драконов исстари была и ею осталась, только надо ее родною признать и не бояться, страх может только мешать в свои силы поверить.

А тут и голос матушкин, словно, послышался, который песню пел ему ту, что на горе на рассвете бывало пела она, и так нежно и с любовью она ее пела, что в сердце у Ивана будто еще более жарким огнем заполыхало!

И тут случилось то, чего он так долго ждал! Прямо в воздухе, в огненном потоке превратился он в прекрасного Дракона, телом сильного, душою смелого, сердцем отважного! Могучие крылья вырвали его из вихря огненного, подняли высоко в небо, и он отважно бросился на Змея Горыныча, уже одноглавого!

И завязалась битва между двумя Змеями, и бились они и над сушей, и над морем, и кружились они в вихре смертельном, и опускались на глубины морские.

И убил Дракон Змея Горыныча, и потопил его в водах морских, чтобы он уже никогда не показывался в этом мире!

И как только опустился он на дно морское, спало заклятье с Елены Прекрасной, что на нее Змей Горыныч наложил, и, словно, ото сна она очнулась, и увидев перед собой прекрасного Дракона, молодого и сильного, который в тот же миг в Ивана-царевича обратился, согласилась сразу же стать женою его и поклялась в верности и любви, будто в первый раз его только увидела.

И отправились они к Ивану-царевичу на Родину, в его родные места, в те земли, что ему батюшка с матушкой завещали. Иван-Царевич Драконом по небу летел, а Елена Прекрасная – Жар-Птицею!

И никогда еще в небе не было прекрасней зрелища – впереди летел воздушный смерч, расчищая дорогу двум влюбленным, которые двигались в солнечном огненном ореоле, окружающем их со всех сторон и не повреждая их крыльев, словно по небу катилась огненная колесница, внутри которой находился могучий Дракон и прекрасная Жар-Птица.

И все с земли приветствовали своего молодого Правителя, которого они так ждали и верили в его возвращение. И сыграли свадьбу, как только прибыли. И не было там лишних людей, а только самые верные, самые близкие.

А для всех остальных когда-нибудь, позже, молодые устроят пир на весь мир.