Растяпа. Почетный гость

– Будущее нельзя создать, не предсказав его сначала, иначе оно просто свалится, как снег на голову. То, что не в силах предсказать, то невозможно и контролировать. Сегодняшняя ситуация в стране напоминает экономический коллапс, но на самом деле началась давно заявленная перестройка. В шоковой терапии выживут только те, кто на это способен…

Виктор Иванович говорил-говорил… Что-то важное вертелось у него на кончике языка, но за общими словами неразличимо было, как в тумане. Может быть, головоломка заключается в том, чтобы, понять, что хочет сказать Генеральный директор своему заместителю по коммерции? А тут и понимать ничего не надо… и темнить.

Я ведь сразу его спросил, лишь только он переступил порог дома и предложил мне работу – можно ли приобрести акции предприятия?

И действительно, чего ваньку ломать – работать в ЗАО и не мечтать прибрать его к собственным рукам? Над чем тут задумываться? Все понятно, Виктор Иванович – я в команде!

Скажите – безнравственно? Может быть «да», может быть «нет». Просто не стоит путать мораль со стратегией.

Вот над чем действительно стоит голову поломать, так над тем, чтобы понять – что в стране происходит? Перестройка это или коллапс – объявленная шокотерапия? Что за ней грядет – возрождение или окончательный упадок России? Может, мы сейчас на верхушке оползня, который очень скоро всех нас увлечет в пропасть? Что впереди – плато стабильности и экономический подъем или кровавая межнациональная бойня похлеще Октябрьской революции и Гражданской войны вместе взятых?

Кто ответит на эти вопросы? Ну, конечно, только время.

Впрочем, растущий здравый смысл русского мужика уже немного смягчил его извечную тягу к бунту. Ну, а остальные против него – просто мелкая шушера.

Чтобы успокоить своего патрона, я опустил голову и тихо сказал:

– Я все понял, Виктор Иванович, и потому здесь.

Мне было грустно и отчего-то тревожно.

В конторе у меня был собственный стол в кабинете бухгалтера отдела сбыта – она была дочкой бывшего директора и выписывала счета на отпуск продукции.

Кроме нас с ней в помещении были – огромный ксерокс и телефон без восьмерки. Звонить по межгороду можно было только из кабинета Генерального директора. Напротив – многолюдная бухгалтерия.

Все, кроме нас с Пислегиным и еще снабженца из Увелки, акционеры. Впрочем, не напрягает: мы же понимаем – владельцы предприятия тоже люди.

Соседка по кабинету сразу спросила:

– Вы женаты?

– И да, и нет. В браке состоим, но вместе давно не живем.