Как рождается русский человек

Она побагровела и воскликнула:

– Что же ты такое говоришь, скотина такая?! Когда это тебя уволили?

– Два дня назад, – отмахиваясь от неё, отвечал он, – Изменения до нашей конторы только дошли – под сокращение попал.

– Какое сокращение! Ты не прошлой неделе только один раз на работу выходил, пьяный был.

– Ну, а ты думала, после этого меня не уволят?

Надежда Дмитриевна резво вскочила и метнулась в другую комнату. Было слышно, как она что-то ищет. Горбунов тем временем допил остатки бутылки прямо с горла и не спеша пошёл в свою комнату засыпать и не слышать дальнейшие крики, но не дошёл до спальни и свалился в гостиной на диване.

С телефоном в руках его жена вернулась на кухню и впрямь закричала:

– Что же ты раньше мне не сказал! Что мне теперь Никите Ивановичу спустя два дня звонить?

– Негоже так ссорится в петров пост, – осторожно проговорила тётя Таня, качая головой.

– А нам что? – усталая женщина ополоснула горло стаканом воды, – Нам не до Бога, у нас своих проблем хватает.

Она бросилась в комнату к спящему мужу и принялась его будить, упрашивать, чтобы встал и пошёл извиняться да просить перед начальством. Проворная тётя Таня направилась за ней, чтобы ту успокоить. Молча наблюдавший за всем дядя Боря, уже сам изрядно выпивший, остался и завёл разговор с Алисой, также с печальной немотой смотревшей на происходящее.

– Что ты такая грустная сидишь? – начал разговор он, заглядываясь не её лицо. – Говорят, что улыбка красит человека, слышала о таком? Тебе бы улыбаться побольше – ещё краше станешь!

Он попытался встать, подошёл к ней сзади и начал перебирать её волосы, приговаривая:

– Какие они у тебя длинные! Смотри-ка, можно тебе различные причёски делать, косы плести.

Вот такие! Длинные, длинные косы тебе заплетём! Хочешь, заплету?

– Ладно, потом, – отвечала Алиса.

– Что потом? Не хочешь? Ну, хочешь? – проговаривал он пьяным голосом.

– Потом.

– Ты же у меня любимая дочка моей сестры. Правильно? Кто? Племянница! Дай, я тебя обниму!

Только спустя один час уставшая Надежда Дмитриевна стояла на кухне и мылила загрязненную посуду, которую Алиса вытирала, выслушивая причитания и ругань своей матери.

К этому времени дядя Боря с тётей Таней успели уехать, подняв заснувшего Горбунова с пола, куда его свалила в попытке разбудить жена. Ещё через некоторое время в этой квартире воцарилась тишина от того, что, проживавшие в ней, уже спали в отдельных комнатах, изрядно уставшие от прошедшего дня.