Прозрения сновидца. Часть 1 (стихи, 2014—2015 гг.)

Волгоград)

«Дыши ровней, подвинься чуть левей…»

Дыши ровней, подвинься чуть левей —

Я не могу забыться. Слишком странно:

Твой образ в утомлённой голове —

Как чёрная дымящаяся рана.

Не знаю, нездоровы в мире все ль.

Встаю с трудом – спала сегодня мало.

А яблоки похожи на кисель

Высоким содержанием крахмала.

Я прижимаюсь мысленно к стене:

Как мне освободиться, распроститься?

Стереть нельзя, и бьёшься ты во мне,

Почти как обессиленная птица.

Я снова над тетрадью у стола.

Я понимаю Понтия Пилата,

Открыв глаза и вспомнив: казнь была.

И чай валериановый пила-то

Напрасно. Ветер в помощь кораблю,

Летящему над пропастью разверстой.

А ты как я. Я так тебя люблю,

Что для тебя бы вывернула сердце —

Стремясь укрыть. По городу зима

Спешит, скрывая лужи белой тканью.

Я грежу, как сходящая с ума.

Жизнь холодна и не близка пока мне.

Но я опять в согласии с судьбой,

Как там, с волненьем стоя у истока

Воды живой, прозрачно-голубой.

А время… Боже, как оно жестоко.

Но слабый блеск прекрасных карих глаз

Издалека касается души как

Целебный свет. Пусть в этот третий раз,

Займёмся исправлением ошибок…

(20.11.2014, 17:27, г. Волгоград)

«Тринадцать лет искать твоей руки…»

Тринадцать лет искать твоей руки

Во снах, а наяву – коротких встреч. Но

Как наши изваяния хрупки,

И как они, увы, недолговечны.

Ты смотришь на меня (знакомый взгляд!)

Из тех глубин, где мне тесны пространства.

А раны в подсознании болят

Так, что уже и нечего бояться.

Ты светлый луч бессмысленной весны.

Особенности памяти коварны.

Нас часто выдают стихи и сны

(Уж Фрейд, конечно, их истолковал бы).

Повсюду неуютные дома.

Неясный звук, качнувшаяся ветка,

Пятно рябины, снег. А я сама

Мелькаю в этих сновиденьях редко.

Очнусь с утра – опять тоска и стыть.

Условный мир, где по своим местам всё.

Тебя никак не может допустить

Вторая из психических инстанций

И подвергает даже по ночам

Такой цензуре жесткой, что сама я,

Устав осознавать и замечать,

Своих надежд уже не понимаю.

С большим трудом я жду исхода дня.

Здесь тишина (она грубей, чем ложь), но

Я так хочу найти тебя, обнять,

Сказать – ведь просто, разве невозможно?

Я зря тебя встревожила, прости.

Несётся золотая колесница

По алому пути. Мне к тридцати,

Дышать трудней.