Баловень удачи и остальные причастные

По слухам, именно за ним числится авторство смелой крамольной идеи:

«Телевизор я больше не смотрю: так не только зрение портят, но и вкус!»

С квартетом «Если я не мужчина, то и Волга не река» — (так мой батя обзывает компанию моих старших друзей: Тягунчика, Сметану, Ганса и Фиму Люкина) – Яков Михайлович на дружеской ноге; мне даже кажется у них там «варятся» какие-то личные новомодные бизнес движения (сейчас такое время, что говорят, сам московский султан дал разрешение процессу), и это при том, что он зачастую позволяют им себя критиковать.

– Наш Яник умный и выдержанный как его мандариновый сироп, заявляет последний. – Он охранял свою будку еще до революции девятьсот пятого года. И это притом, что он уже как лет тридцать состоит на полном государственном пенсионе.

– Ну и что? Пенсион – хрустальная мечта моего детства, и заметьте сбывшаяся. Сто двадцать рублей это ежемесячная компенсация моего потерянного здоровья в борьбе с суровой действительностью нашей эпохи

– Нет, вы только на него посмотрите, продолжает Юра.

– Какие свойства, какие свойства? Что… что он может без нас? – не унимается Фима Дюкин. Мусьё Фурункул, мы имеем до вас летаргический вопрос: когда вы, наконец, нас покинете? На ваше почетное служебное место уже выстроилась целая очередь.

– Я бы вас попросил, молодой человек быть более элегантным в вашем красноречии, и пожалуйста, без хамства.

– Ты что тоже хочешь занять его должность в будке?

– А чего нет. Приличное место. Как выйду на пенсион – можно будет подумать.

Особо крепкая дружба завязалась у Осипа Никифоровича с моими домашними старшими после аварии, которая с ним приключилась несколько лет тому, летом, кстати, дело было когда, его персональная супруга, после просмотра детективных сериалов про Шерлока Ливанова и доктора Соломина принялась обучать своего выдающегося Осипа Никифоровича аглицким манерам.

– Tea, sir, короткими глотками, пожалуйста.(tea – чай, по ихнему; т-и-и! – понимать надо. И не хлюпать и не сопеть носом!) – то вот с классической британской невозмутимостью по поводу попадания столовым ножом в оболочку куриного яйца родилась серьезная проблема – настоящая авария; прям до крови.