Романтик. Бомбила

Однажды диспетчер – а это была, конечно, Татьяна – отправила меня потемну к элеватору.

– Там встретят, – пояснила она.

Подъехал я к проходной. В салон садится долговязый, но изможденный молодой человек.

– Прокатимся по Увелке.

– Сорок рублей, – объявляю таксу.

– Крути баранку, не обижу…

Мельком взглянув на его тюремной закалки глаза и короткую стрижку, вдруг понял, что меня ждет весьма тревожная поездка – только не понятно, чего бояться: обманет клиент или убъёт с целью грабежа? Страх пронзил тело, но рассудок подсказывал – лучше не знать собственной судьбы… и не гадать о ней, а довериться.

Проехали всю Увелку до самой больницы. Мой пассажир все высматривал кого-то в боковое окно. Я подумал – вот ещё история: может, он врага ищет? Найдет, убъёт, а я – ненужный свидетель.

– Едем в Южняк, – сказал он ввиду поликлиники.

– Так что с оплатой? – попробовал я лепетать.

– Сказал – не обижу.

В городе новая команда хрипловатым и решительным голосом:

– Давай по остановкам.

Проехав одну, я начал соображать:

– Что ищем, приятель?

– Бабу мне надо край, – был ответ незамысловатый.

– Так бы сразу и сказал, – я резко затормозил и развернул авто. – Нашел где искать!

Снова мы на окраине города. Я подвернул к ближайшей шашлычке.

– Сходи, посмотри – есть ли свободные? Я подожду.

Он вернулся через минуту, протянул мне казначейский билет достоинством в тысячу рублей.

– Чалюсь. Сдачи не надо.

Вот так клиент! За такие бабки наши таксисты летают в Челябинск. Интересно, сколько же он заплатит жрице любви? А может, маньяк какой – изнасилует да убъет. А я в соучастники попаду или свидетели… Вот какими таинственными бывают ночные пассажиры.

Впрочем, чуть позже случилась история совсем крутая – из разряда боевиков. Однажды ближе к полуночи посылает меня диспетчер – а это, конечно, была Татьяна – к автобусной остановке под названием «Железнодорожный вокзал».

– Я сказала, что будет «пятерка» вишневая. Подъедешь – постой: тебя найдут.

Подъехал, двигатель заглушил и вышел из авто – стекло лобовое протереть. Тут подскакивает ко мне убогий с лицом изрытым оспой, и начинаются танцы с песнями народов мира. Короче, руками он машет, ногами топочет, слюной брызгает, изрыгая проклятия и матерясь.