Жизнь и ее мелочи

Ни люстры, ни торшера, ни бра, только ночник – узкий длинный цилиндр на высокой тонкой ножке, наполненный розовым сиропом, в котором беспорядочно извивались зелёные, голубые и красные змейки, отбрасывая бегущие пятна на потолок и стены. Как у импрессионистов, отвергавших чёрный цвет, тени были цветными, а женщина без возраста. Ухищрения эти имели основания. Звягина стеснялась широкой талии, вислых грудей, целлюлита, стыдливость уходила корнями в те времена, когда мужчины не проявляли к ней интереса. Обстоятельства изменились, а комплекс остался.

Певица сидела перед зеркалом, вынимая шпильки из причёски. Иногда природа, словно спохватившись, компенсирует своё невнимание щедрой деталью. У некрасивой княжны Марьи из «Войны и мира» были прекрасные глаза, у Звягиной – роскошные волосы. Для роли Азучены в «Трубадуре» густые тяжёлые пряди присыпали тальком, создавая иллюзию седины. Хористы трогали руками – неужели не парик?

Игорь приблизился сзади, запустил растопыренную пятерню в копну на затылке, сразу почувствовав её тяжесть, понюхал волосы, поцеловал.

«Смело. Пожалуй, чересчур», – подумала Кира и отрицательно мотнула головой. Парень, в свою очередь, подумал: «Жаль. Рано или поздно это произойдёт». Предчувствия редко его подводили, а избитые игры, отодвигавшие и тем усиливающие желание, слишком знакомы. Однако здесь было её царство, она распоряжалась всем и им в том числе. Безгрешно чмокнув примадонну куда-то в заушное пространство, он послушно ретировался.

Звягина вдруг почувствовала запоздалое сожаление. Натура чувственная, она часто видела эротические сны и мужчин рассматривала, в том числе как возможных самцов. В свои мысли, задумки, ощущения никого не посвящала. Нельзя, чтобы другие знали твои предпочтения, тем более слабости, это рождает зависимость, а любая зависимость умаляет силу власти. Потеря власти – самая опасная и болезненная из всех потерь, по сути – начало конца, а конца той жизни, которую Кира создала каторжным трудом и обустроила по собственным понятиям, очень не хотелось.

Кстати, уже давно заполночь, а значит, начался понедельник, День её рождения. Сколько набежало годков – лучше забыть. Пришлось придумать немало уловок, чтобы эту дату запамятовали и окружающие. Тоже мне праздник! Становишься не просто старше, но старее. Не так давно ведущая сопрано, терзаемая жаждой превосходства, устроила себе очередной пышный юбилей.