Любовь с чудинкой

И, наконец, в-третьих, хлеб был настолько вкусным, что каждый укус вызывал чувство восторга!

Не успел я до конца насладиться блаженством, как мозг забил тревогу. Возле моей машины кто-то крутился, и, похоже, пытался её угнать, совершая странные манипуляции у двери. Подойдя ближе, заметил, что угонщик – женщина. Укрепившись в желании во что бы то ни стало отстоять семейное имущество, я тихо подкрался и приставил к её спине наполовину съеденный багет.

– Стоять, полиция! Руки за голову, ноги шире! – громко бросил я, имитируя профессионалов из милицейских сериалов.

– Ах, ноги?! – дерзко ответила угонщица.

Она повернулась и что было сил залепила мне пощёчину. Все симптомы лёгкого сотрясения были налицо. Не так боль, как обида прожгла меня. В одночасье из преследователя я превратился в жертву! Но и это можно было пережить, если бы не…

– Это снова вы?! – только и сумел процедить я сквозь зубы.

– Вы?! – раздалось в ответ.

Некоторое время мы молча стояли друг против друга и внимательно всматривались.

Думаю, со стороны это напоминало сцену из вестерна, когда два стрелка, застыв в ожидании, нервно постукивают пальцами по холодной стали своих «Смит-Вессонов». Отличие было лишь в том, что у меня в руке был покусанный хлеб, а у неё женский гигиенический пакет, но по накалу страстей всё было исключительно драматично.

Девушка пришла в себя первой и, акцентировав внимание на моём лице, произнесла:

– Похоже, я разбила вам губу. У вас кровь!

– Вчера грязь, сегодня кровь. Я с ужасом представляю, что будет завтра! У вас какая-то маниакальная фобия на мой счёт!

– У меня? – гневно произнесла она.

 – Да это вы маньяк! Вчера под колёса бросались. Сегодня выследили меня, подкрались… Ноги ему расставить… Ага, всё бросила!

– А что вы делали у машины?

– А вам какое дело?

– Ничего себе! Мне какое?!

– Я оттирала машину от птичьего помёта. Вас устраивает ответ?

– Даже не знаю… Я обескуражен.

– Интересно, почему я вообще должна перед вами отчитываться, что делаю со своей машиной!

И тут меня осенило.

Я слегка нервно улыбнулся и уже с отступающей обидой спокойно спросил:

– Вы уже всё оттёрли?

– Почти, а вам-то что?

– Просто хотел убедиться, что вы говорите правду.

Не понимая, куда я клоню, она поджала губки и, указав на стекло водительской двери, сказала:

– Смотрите сами!

Я посмотрел и заметил, что немного птичьей радости всё ещё оставалось там.

– Вот здесь надо дотереть! – и вовсе добродушно показал я.