Любовь с чудинкой

Сейчас сам убедишься.

Мы подошли к сколоченным из корабельных досок подмосткам, на которых стоял большой стол, а вокруг на диванах не очень шумно гуляли гости.

– Господа, разрешите… – начал Валерка, убрав громкость музыки.

– Тимка! – от гостей отделилась Светка и, подойдя ко мне, заключила в объятия и расцеловала в обе щеки, словно мы виделись в последний раз не позавчера, а по меньшей мере несколько лет назад. – Балбесик ты мой!

– Друзья, разрешите представить вам моего друга… – продолжил прерванный Валерка, но, поймав на себе взгляд жены, тут же поправился: – Друга нашей семьи, молодого талантливого учёного, будущего лауреата государственных и Нобелевской премий…

– Короче, Тимофей! – не выдержал я долгого вступления.

– Пойдём, Тима, представлю тебя гостям! – Светка подхватила меня под руку и прошептала на ухо: – Познакомлю тебя с самой красивой девушкой Санкт-Петербурга.

– Что, и Собчак здесь?

– Да ну тебя, дурачок! – Светка дала мне ладошкой по лбу и повела к столу.

Первой нам попалась пара удивительно походивших друг на друга парня и девушки, так что у меня сразу закралась мысль об их родстве.

– Знакомься, Тима, это Жанна и её муж Леонид.

– Василиаускас Тимофей.

Молодой человек крепко пожал мою руку и сказал:

– Богачёв Леонид.

– А профессор Богачёв вам случайно…

– Алексей Алексеевич – мой отец и совершенно неслучайно, – ответил Леонид.

Видимо, это был тонкий английский юмор, потому как Жанна тут же расхохоталась и вознаградила Леонида поцелуем.

– Селиванов Антон! Также неслучайный сын архитектора Селиванова, – попытался сострить в том же ключе их сосед. – Слышали?

– Ну как же! – закатил я глаза к небу, словно именно архитектор Селиванов построил башню «Эмпайр» в Нью-Йорке или, на худой конец, Эйфелеву в Париже.

Тем не менее сын архитектора протянул руку, которую я учтиво пожал.

– А вы чей сын? Или сами в люди пробиваетесь? – переспросил Антон.

– Имя моих драгоценных тяти и маменьки ничего вам не скажет. Как вы точно подметили, приходится пробиваться самостоятельно, чему есть свежее подтверждение, – я показал на свой чуть припухший левый глаз, на котором, скорее всего, уже должен был проступить небольшой синяк.

– Дай посмотрю, Тимка, – обратила внимание на мою физиономию Светка.