Пластилин

Пластилин долго не поддавался. И все же Дашунькино терпение взяло верх – мало-помалу материал согрелся и стал менять форму под теплыми пальчиками малышки.

Сева Пластилин в это время бросил Люсю на кровать и принялся грубо расстегивать блузку. Когда первые пуговицы поддались его нетерпеливым пальцам и блузка сползла с плеча секретарши, та стыдливо вернула ее на место.

– Я думал, что мы уже все решили. – Сева вперился в нее ледяным взглядом. – Или нет? Забыла уговор?

Люся обреченно опустила руки и позволила блузке соскользнуть с плеч.

Дашунька работала медленно и усердно, тщательно прорабатывая каждую деталь. Ведь речь шла об ее отце! Девочка слепила туловище, ручки, ножки. Особенно постаралась над головой: сделала аккуратный носик, глазки, ротик. Единственно, Дашунька жалела, что у нее есть только белый пластилин. Малышке захотелось добавить цветов: сделать рот красным, глаза – голубыми, а костюм – коричневым. Она было полезла в стол, где хранился цветной пластилин, но тут же отказалась от этой идеи: вдруг это разрушит магию?.

В тот момент, когда девочка осторожно приделала к туловищу пластилинового папы голову, Сева ощутил жуткое головокружение. Он едва не свалился на кровать, на которой уже возлежала обнаженная Люся.

– О черт! – только и выдохнул он, глядя, как мебель, кровать, потолок и Люся поплыли перед глазами.

«Вроде и выпил немного…» – подумал он.

– Что-то случилось? – осторожно спросила Люся, краешком одеяла прикрывая свою наготу.

Сева бросил болезненный взгляд на секретаршу, которую уже недели две как старался затащить в постель. Вот, наконец, ему это удалось… И что же? Из-за проклятого головокружения он не испытывал никакого желания.

«Да что со мной?» – Он сел, сдавив виски кулаками.

– Всеволод Петрович…

– Иди домой! – простонал он, не глядя на Люсю.

– Я что-то сделала не так? – испугалась та.

– Я сказал – иди! – рявкнул Сева, не поднимая головы.

Люся стала поспешно одеваться.

– Но то, что вы мне обещали, – начала она. – Насчет операции мамы…

– Дверь за собой закрой! – нервно перебил ее Пластилин.

И когда за секретаршей захлопнулась дверь, он упал на кровать и болезненно закрыл глаза. Вскоре, сам того не заметив, он уснул…

– Спокойной ночи, папулечка, – сказала Дашунька, уложив пластилинового человека в маленькую кукольную кроватку и, поцеловав его в белую маслянистую щеку, погасила в комнате свет.