Ненужные подробности

Но Игорь Константинович отнял у нее и это. Станислав должен получить хорошее западное образование и потому должен учиться в Великобритании. За месяц до семилетия отец отправил его в закрытую школу со строгим армейским режимом для мальчиков. Это даже не Лондон, это север страны – маленькая изолированная частная школы со спартанскими условиями жизни. Видеться с родными разрешается в течение одного летнего месяца.

Лариса прикрыла ладонью рот, подавив рыдания. Голос дрожит.

– Мы были с ним так близки, нам так хорошо было вместе.

Он спал со мной. Гуляли вместе, рисовали. Он очень любил делать поделки из всяких природных материалов: наберем коры, шишек, веточек и мастерим гномиков и домовых. Лепили фигурки из соленого теста, а потом раскрашивали и развешивали на стенах.

Лариса валялась в ногах у Игоря Константиновича, умоляла не отправлять сына, но тот даже не слышал ее: «Тебе дай волю – ты из него бабу кисейную сделаешь. Он сейчас-то вместо того, чтобы по морде дать соседскому Мишке, говорит: Миша, ты не прав.

Надо попросить прощения».

– Я летаю туда раз в месяц. На один день мне разрешают увидеться с ним, но всегда в присутствии кого-нибудь из воспитателей. Очень ругают, если перехожу на русский. Стасик стал замкнутым, нелюдимым и не стремится к общению со мной. По-моему, ему это только в тягость.

Ларисина судьба несчастной матери растрогала всех нас до самых глубин. Мы возмущались и ненавидели это мерзкое животное под названием Игорь Константинович.

Инга, усевшись на край стола, предложила привлечь к этой ситуации – моральному насилию женщины в браке – средства массовой информации.

– Что вы! – замахала руками Лариса. – Он же с точки зрения большинства образцово-показательный отец. Дает сыну блестящее западное образование вкупе с их менталитетом. Растит из него достойную смену нашим сегодняшним бизнесменам.

Да, действительно, поделать было нечего.

– Может, вам родить еще ребенка? – оживилась Инга. – Если будет девочка, он ее точно никуда не отправит.

Лариса ничего не ответила и только грустно покачала головой. Вообще, тема деторождения слишком уж щепетильная, чтобы вот так, напрямую, поднимать ее. Может, у нее проблемы какие-нибудь и она не может, а, скорее всего – не хочет от своего Игоря Константиновича иметь детей. А от кого хотела бы… Такого человека, может, и нет.

Совершенно незаметно для всех нас наши семинары перешли в открытые обсуждения Ларисиной жизни.