Фотостудия

Сама она за это время успела собрать ширму, но не до конца. Гирлянда оказалась целой. Они приделали её к OSB-панели, потом поели, потом собрали ширму, как и собирались, и повесили гирлянды на стены, как и собирались, и по пути, как обычно, сделали ещё кучу мелких дел, которые неизбежно вылезают во время ремонта, и в итоге добрались до кровати только к одиннадцати вечера, рухнув на неё без сил. Про ёлку Женя вообще забыла.

Женя, лежавшая на спине и смотревшая на ржавое пятно на потолке, ощутила, как её правая нога, сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее, соскользнула с кровати и повисла в паре сантиметров от пола.

Нога просто повисла в воздухе, как бездушная культяпка, и Женя ничего не собиралась с этим делать. Ну, висит себе и висит. Кушать не просит. Да, может, и неудобно, но… или удобно… непонятно. Ничего уже непонятно. Сил нет.

Через пару минут за ногой потянулось и всё тело, и тут уже сработали инстинкты. Левая рука и левая нога, как будто сами, напряглись и, неестественно выгнувшись, подтащили Женю ближе к центру кровати, где уже лежал без движения Максим, уткнувшись лицом в подушку.

Женя, сделав над собой усилие и удивившись, что она ещё так может, перевернулась на живот и уткнулась лицом в свою подушку напротив Максима. Тяжело вздохнув, при этом сдув с лица Максима прядь волос, она приоткрыла правый глаз и увидела приоткрытый таращащийся на неё левый глаз мужа.

– Живая? – спросил Максим, размазывая слюни по подушке.

– Нет. А ты? – промямлила Женя.

Максим пробубнил что-то невразумительное, закрыл глаз и, вздохнув, перевернулся на спину. Женя последовала его примеру. В комнате стало тихо. Даже машины, которые каждый день в обоих направлениях непрерывно ездили под окнами, куда-то пропали.

– Ну, мы всё равно сегодня молодцы, – сказала Женя, не открывая глаза. – Большинство дел мы всё-таки сделали. Даже несмотря на твоё участие.

На губах Максима появилась лёгкая улыбка. Он взял Женю за левую кисть и повернулся к ней боком.

– Главное мы так и не сделали, – заметил он.

У Жени потеплело в груди. Она, конечно же, не собиралась сейчас заниматься сексом, но то, что Максим вообще об этом вспомнил, обрадовало её. Она тоже повернулась на бок, дотянулась губами до его губ и, чмокнув их, откатилась обратно на спину. В комнате снова повисла тишина.

– Это было божественно, – прошелестел Максим, улыбаясь.

Женя усмехнулась.

– Завтра утром повторим, – сказала она.