Фотостудия

 – Мне нужно знать, как ты его занесёшь и как вынесешь. И как много его надо, – добавила она, развернувшись и вздёрнув правый указательный палец вверх.

Посмотрев несколько секунд на Женю, она снова крутанулась и устремилась вперёд. Женя с энтузиазмом рванулась к Олесе.

– Да всё просто! – выпалила она, разведя руки в стороны. – Смотри: я беру твой маленький зал, заношу туда плёнку, ну, которой теплицы ещё накрывают, и раскладываю на полу. По краям можно сделать какие-нибудь бортики. Из досок. Но это неважно, песок всё равно будет в центре.

Олеся сложила руки на груди и погладила себя по подбородку.

– Ну, не знаю. А вдруг дырка какая-нибудь или щель. Что тогда? Куча песка по всей студии! – сказала она, снова задрав правый указательный палец вверх.

От нетерпения Женя чуть не заревела. Она, сама того не сознавая, даже слегка задёргалась, стоя на месте. Олеся ускользала у неё из рук – как иронично – словно песок.

– Да я же говорю, я всё уберу! И про дыры я подумала. Будет несколько слоёв плёнки, все сразу они не протрутся.

Да они вообще не протрутся! По плёнке будет ходить только модель. И та – босиком!

– А песка-то сколько будет? – спросила Олеся.

Женя поджала губы и пожала плечами. Задрав глаза вверх, она покачала головой и выставила правую ладонь на уровне своих бёдер.

– Вот столько примерно, – сказала она смущённо.

Олеся опустила руки и, погладив себя по бёдрам, скривив губы, посмотрела по сторонам.

– Жень, я знаю, ты хороший человек, ответственный человек, – сказала она, вновь задрав указательный палец, – но всё это… Мне ещё не хватало выяснять отношения с владельцами центра.

Прости, я не могу.

Жене показалось, будто она, как свеча во время пожара, за долю секунды отекла на пол. Натянув на лицо улыбку, она кивнула и стала разворачивать дождевик.

– Ладно. Прости, что побеспокоила, – сказала она и направилась к выходу.

Дождь продолжал поливать с таким обилием, будто надеялся, что от такого количества воды в городе осенью вырастут цветы. Капли долбили по крышам, окнам, асфальту, машинам, стеклоочистители которых еле успевали протирать окна, с такой силой, словно тысячи барабанов одновременно играли каждый свою партию, подключённые к профессиональным концертным колонкам.

Женя в своём розовом дождевике стояла на лестничной площадке возле входа в торговый центр. Здесь, с закрытыми глазами погружённая в грохот капюшона, по которому стучали капли, она чувствовала себя в безопасности. Ей казалось, что внешнего мира нет.