Фотостудия

– Мамочка, – позвала она нежно, – ты действительно сейчас хочешь об этом поговорить?

Алевтина Ивановна продолжала упорно смотреть в окно, поджав губы и сдвинув брови, и нервно покачивалась из стороны в сторону. Казалось, она хочет что-то сказать, но… то ли не хотела говорить, то ли не знала, как сформулировать то, что хотела сказать. В конце концов, она просто хмыкнула, махнув левой кистью.

На кухню вошёл Максим в одних шортах и с голым торсом и, увидев Алевтину Ивановну, пригвоздился к месту.

– Ой, не знал, что вы здесь, – сказал он, моргнув.

Его появление застало Женю врасплох и слегка напрягло. Не в лучший момент он зашёл. Как будто специально стоял за углом в коридоре, слушал, когда обстановка накалится, и готовился войти. Женя слегка помотала головой из стороны в сторону и кивнула на коридор, надеясь, что Максим поймёт, что нужно свалить. Но тот не понял.

– Я быстро, я только чайку налью себе и уйду, – сказал он, открывая шкафчик с кружками. – Как у Вас дела, Алевтина Ивановна?

Мама сделала глоток, поставила чай на стол и взяла конфету.

– Плохо, – заявила она.

Максим резко повернулся к ней с обеспокоенным лицом.

– А что такое? Со здоровьем что-то? – искренне спросил он.

– Нет. Семейные проблемы. У мужа моей дочери нет нормальной работы, – протрубила она.

Женя вздохнула, закрыв глаза, и обессилено опустила руки между колен, издав усталый стон.

– Ма-ма, – протянула она. – Есть у него работа.

Максим, надув губы, стоял возле газовой плиты с поднятой чайной ложкой в правой руке и бегал глазами по кухне.

– Лад-но, – сказал он, – Обойдусь.

Положив ложку на стол, он вышел из кухни. Алевтина Ивановна посмотрела ему вслед и перевела грозные глаза на Женю.

– Какая у него работа? Мазюльки свои мазюкать? – снисходительно спросила она.

Женя вспыхнула. Её лицо стало не менее грозным, чем у Алевтины Ивановны. Всё-таки она была её дочерью.

– Что плохого в том, что он занимается любимым делом?! Что плохого в том, что ему на Душе от этого хорошо?! – воскликнула она.

Алевтина Ивановна отвернулась к окну, задрав подбородок.

– Ничего… Только денег это не приносит.

– Приносит! – выпалила Женя.

– Мало! Лучше б нормальным делом занялся. Как Виктор. Он ведь предлагал, я знаю, – сказала Алевтина Ивановна таким тоном, будто всё ещё можно было устроить, и с надеждой посмотрела Жене в глаза.

Виктор, старший брат Жени, владел мастерской по производству мебели.