Фотостудия

– Вы чего орёте? – пробормотал он, продирая голубые глаза.

Максим сильнее прижал Женю к себе и стал качать из стороны в сторону, как младенца.

– Да ничего, она устала просто. Всё нормально, ложись, – сказал он.

Костя пару раз сонно кивнул и закрыл дверь, за стеклом которой тут же моргнул свет. Спустя несколько секунд он моргнул снова и послышался звук закрываемой в коридоре двери. Женя, качаемая Максимом из стороны в сторону, беззвучно лила слёзы. Через минуту Максим отвёл её в спальню, уложил в кровать и, накрыв одеялом, обнял.

Только Женя этого уже не чувствовала. Она была настолько обессилена, что практически спала на ходу.

В их спальне на подоконнике, в старом чёрном пластмассовом горшке, с засохшим цветком, мёртво свисающим через край, освещённый лунным светом, стоял цикламен.

Максим в синих шортах и чёрной майке сидел на кухне за столом, пил кофе с молоком и уплетал маршмеллоу из пачки, которая была уже почти пуста. За окном по тротуарам сновали люди, то и дело ускоряясь, чтобы не пропустить автобус.

Возле светофора толпились машины. Из-за этого светофора казалось, что квартира находилась на старте гоночных автомобилей. Мир постоянно затихал на минуту, но, как только загорался зелёный, он оглашался рёвом двигателей, рвущихся к финишу. Вот и сейчас очередная партия гонщиков сорвалась с места.

Дверь открылась и на кухню вошла Женя, одетая в серые спортивные штаны Максима и белую футболку с изображением лица чёрной девушки, губы которой украшались золотой помадой.

Максим, делая очередной глоток, повернулся на табуретке к Жене, улыбнулся и закинул очередную порцию маршмеллоу в рот.

– Добвое утво, – сказал он, не прожевав, и добавил, когда проглотил, – Как себя чувствуешь?

Чувствовала она себя паршиво. От коньяка у неё было небольшое похмелье. От недосыпа усталость. Помноженные друг на друга они давали отвратительное состояние. Женя выдвинула табуретку, плюхнулась на неё, как мешок с цементом, и тяжело вздохнула.

– Отлично, – сказала она, вновь уставившись на букву «о».

Максим глотнул кофе.

– Вот и отлично. Чай, кофе? Пивка опохмелиться? – с улыбкой спросил он.

Женя поморщилась.

– Ой, да иди ты, – бросила она и, подумав пару секунд, забрала у Максима чашку из рук.

Вдохнув аромат кофе, она сделала глоток и почувствовала, как горячая влага разливается по желудку. Сразу стало легче. Слегка улыбнувшись, Женя снова приложилась к чашке.