Романтик. В поисках простых истин

То, что мы видим, загадывая желание, просто след в атмосфере от осколка, но так и хочется воскликнуть – Господи, верую!

Допустимо? Или урбанизированным такие эмоции не по силам?

Слушай дальше.

Приснилось мне, будто каким-то блатом попал в Чистилище. Сам-то живой еще – мне на землю грешную можно вернуться, а вот душу решил пристроить.

– Не примите, – спрашиваю смотрящего, – душу безгрешную в кущи райские до срока? Обязуюсь ни чем ее не подвести за остатние дни свои.

Тот долго не артачился.

– Стой смирно! – велит – чик! – и вынул из меня душу.

Та немного подергалась, посопротивлялась – потеряв тело, выглядела жалкой. Села на скамеечку у входа и пригорюнилась.

– Отдохнешь в раю, – смотрящий ее утешает, – подлечишься, и мы тебе новое тело подыщем. А от этого, – строго так зыркнул на меня, – никакой пользы Господу: одна обуза.

«Обуза для Бога» подошла к душе осиротевшей.

– Прости, – говорю. – Он прав – здесь тебе лучше будет, чем со мной.

– А как же ты?

– Пока не знаю.

– Не боишься, пожалеть потом? Я плохо понимаю, что ты задумал, но считаю – поступаешь неразумно. Тебе не жалко, что меня отдадут другому?

– Не раньше, чем я избавлю этот свет от себя любимого – а потом уж все равно. Зато ты отдохнешь в козырном месте – в люксе, может быть, или первом классе. Для тебя ж стараюсь, дурочка! А то попадет шлея под хвост, иль бес в ребро – такое гульбище учиню на старости лет, что полетишь ты кувырком в Тартарары на кипящую маргарином сковородку.

Душа покачала головой.

– И все-таки ты совершил ошибку. Разве мы плохо жили с тобой?

– Не увлажняй пространство и так сыро.

Тут смотрящий за Чистилищем мне жестом – прочь, мол, пошел.

Не обращая на него внимания, шепнул душе:

– Плохо будет, беги отсюда иль знать дай – я за тобой вернусь.

Душа еле слышно вздохнула и украдкою слезу смахнула.

– Отсюда, надо думать, не сбежишь. Приходи, если сможешь, на свиданку – хоть иногда будем общаться.

Я кивнул и потрепал бедолагу по плечу, потом повернулся к смотрящему:

– Могу навещать ее?

– Здесь хороший уход: трехразовое питание, каждый день прогулки на свежем воздухе – тебе не о чем беспокоиться.

Беспокойство за сердце тут же схватило:

– Э, ты чего говоришь? Здесь же рай, а не тюрьма!

Но слов моих никто не слышал – ибо проснулся я. Как водится, в поту холодном.