Прочь, тоска! Остаться самим собой

Он когда-то ей в самом начале их знакомства коротко сказал, зная ее политические взгляды и полученное в семье воспитание, что его отец – «просто военный», и, что у них с отцом очень натянутые отношения.

Лена рассуждала про себя, что в конце концов, она вышла замуж за Максима, которого любит и от которого родила сына, а не стала женой его отца, «просто военного». У «просто военного» есть своя семья. Но Лена во многом ошибалась, для генерала его сын был главной надеждой и гордостью семьи. Генерал не собирался делить своего сына с «черти кем».

Под «чертями» понимались Лена и ее сын от первого брака.

Витенька же был счастлив открыть для себя новых бабушку и дедушку. Он был копией своего отца, Гены – красавец с прекрасной улыбкой и хорошими манерами.

Лена купила цветы, красивую скатерть в подарок родителям, привела себя в порядок, нарядила Витеньку, старшего сына, тщательно проверила, как одет Максим. Молодые родители уложили в коляску Марика, второго сына Лены, и отправились на смотрины в дом Максима.

Он почему-то очень нервничал и не представлял реакции отца на все происходящее. Отец был жутким антисемитом, грубым хамом. Со своей мамой он украдкой виделся, она готова была принять Лену с детьми. Но мать в семье была молчаливой прислугой, находилась в полной зависимости и подчинении у отца. Ее решение ничего не значило.

Ребята подъехали к большому новому ведомственному дому где-то рядом с Зоопарком, консьерж проверил документы Максима, и вся семья поднялась на лифте к дверям квартиры генерала.

Максим позвонил, дверь открыла Валентина.

– Проходите, гости дорогие, мы вас ждем.

Лена увидела через длинный широкий коридор большую гостиную. В центре находился обеденный стол, накрытый белой ажурной скатертью. Спиной к входной двери сидел на стуле грузный мужчина. Лена заметила его лысину и мясистую с множеством складок, багровую шею. Фигура не шевелилась. Раздался только скрипучий голос:

– Максим! Ты, что ли пришел? Сам-то проходи. А бабу свою с двумя щенками-жиденками оставь в коридоре.

Извини, сынок, не готов я жидят воспитывать и тебе не советую.

Максим, его мать и сестра Валентина замерли. Лена от неожиданности не знала как среагировать.

А Витенька, ничего не понимая, дружелюбно и искренне улыбаясь, поздоровался и сказал, что никаких щеночков они не взяли с собой.

Лена пришла в себя, в течение нескольких секунд развернулась с коляской и детьми, резко хлопнула дверью и быстро направилась к лифту.