Строк вуду. Стих отворяющие

И все же, все же, и все же, и все же,

Где имя твое, нежность букв золотых,

И под безымянной, обычной ведь кожей

Живет этот звук, что разбудит немых.

Храм. Овен

Чем ты привязана, чем ты обязана

Тело всю жизнь за собою носить,

Не обессудь, ты им просто наказана

В храме затворницей вечною жить.

Редких гостей принимать по велению

Ищущих глаз у пустого крыльца,

И поражаться телесному рвению,

Жаждущим хряпнуть святого винца.

Переболеть не благим расставанием

У постепенно стареющих стен

И наблюдать с неизбывным отчаяньем

Дряхлость своих ненатруженных вен.

Словно прибитая верная служка,

Ты содержала богатый приход,

Но опустела подателей кружка,

И не заходит прижимистый мот.

Праздно слоняешься в брошенном храме,

Что в одночасье стал сам по себе,

И в окружающем немощном сраме

С горечью плачешь по горькой судьбе.

Что не хранима была, не любима,

Как среди света тебя разглядеть,

Ты незаметна, неслышна, незрима,

Разве ты можешь ругаться и сметь.

Ты же не воля, немая девица,

Что-то от тени мерцающих свеч,

Бликами пляшут покорные лица,

Но уже поздно спасать и беречь.

Остров. Козерог

Быть… это очень и очень не просто,

Это та еще (не до небес) колея,

Крестный и необитаемый остров,

Terra incognita, обетованная, обетованных земля.

Как робинзон в берега эти дальние брошен

Душу возделывать после тяжелых забот,

И с ежедневной, же часной, же нощною ношей

Снова и снова стирать своих грешностей пот.

И без желанья подчас, но и с истовой болью,

Зная, что райских садов, может быть, не покинуть вовек,

Биться с морской, бессердечной, терзающей долью,

Сколь ни покинут, заброшен, забыт, обделен человек.

Ждать не напрасно летящей к пескам каравеллы,

Труд небольшой… во спасенье, во благо души?

Той, что читала годами святые новеллы,

Той, что привычнее бури в бескрайней тиши.

То ли движенье, а то ли… твое предстоянье

Было ли плаваньем цельным, где звезд океан,

Или волной островной золотое прощанье

Лишь расставанье с собой в предрассветный ползучий туман.

Легкой лазоревой далью разлиться,

Не обещая просторам, не тратя безоблачных слов,

Створкой коралла в глубинах живых раствориться,

Где-то у пряных, почти неземных островов.

Спят усталые поэты

Спят усталые поэты,

Уронив странички на пол,

Их небесные кареты

Кто-то бронзою заляпал.