Синестет

Будущий музыкант предпочитал ровные, отстранённые отношения с одноклассниками, не заводя дружбы. Девочки его смущали и вызывали недоумение эмоциональными всплесками и «глупым поведением».

В 7-м классе школы на одной из дискотек Кристиан подружился с Маттиасом, весёлым разбитным парнем, сыном рок-музыканта и продавщицы. Его отец играл на акустической гитаре и скрипке в глэм-рок-группе, довольно популярной в Скандинавии 1980-х годов, поэтому мог платить за учёбу сына в частной школе. Сам Маттиас тоже играл, на бас-гитаре, причём хорошо, на взгляд его друга.

Через полгода они создали, по инициативе Маттиаса и Питера Ройзмана, певца и гитариста, рок-группу «Король» (по аналогии с Queen, которой увлеклись в тот период) и играли рок-музыку, не гнушаясь и попсой, в кафе, иногда в ночных группах.

Тогда же он впервые прочитал роман «Гений» Драйзера и стихи Роберта Бёрнса. Наступило время приобщения к американской и английской классике, в которой молодой импровизатор черпал романтические идеи и образы для музицирования в стиле Клауса Шульце.

Альбом «Телесная любовь» и композиция «Кристальное озеро» завораживали медитативным звучанием, мягкими тембрами и прорывающейся мощью басов аналоговых синтезаторов. Романтизм электроакустической музыки и немецкой поэзии Гёте, томик которой Кристиан часто перечитывал, рождал неясные чувства ожидания встречи с чем-то прекрасным… Родители, заметившие изменения в сыне, знали, что это симптомы полового созревания и юношеской мечтательности.

Клеменс, мама неразговорчивого школьника, высокая худощавая леди с чёрными косами, закрывающими красивую шею, внутренне улыбалась свежести любимого сына, пряча ласковые взгляды в глубине синих глаз. Ведь подростки так болезненно реагируют на проявления нежности… Юность эгоистична и слепа, часто не понимая, что матерям нужно немного – крепкое объятие и лёгкий, словно дуновение ветра, поцелуй! Её, как и мужа, волновали застенчивость и отстранённость Кристиана от сверстников, робость к девушкам, не украшающая любого мужчину.

Неоднократные попытки объяснить сыну желательность более твёрдого поведения наталкивалась на броню подростка, ревностно оберегающего внутренний мир.

– Что же, – говорил Холлдор, – сын взял больше твоих черт. Вспомни, как ты стеснялась моих взглядов, когда мы танцевали в… забыл название этого клуба.

Если бы их сына спросили, как он назовёт период с 14 до 17 лет, то услышали бы: книжно-музыкальная эра.