Пофигист и записки рыжего Льва

Я вышел посмотреть.

– Мама, что тут такое? Кто кричал? – спросил я, когда высунул голову в коридор. Никого не было, входная дверь была открыта. Я вышел весь и прошелся по квартире. Нигде никого не было. Я высунулся в подъезд. По лестнице поднималась мама. Лицо ее выражало негодование и злость. Увидев меня, она заговорила громко и эмоционально:

– Представляешь, загнули такую цену, что доставить вещи оказалось дешевле, чем занести их на второй этаж.

– И что, теперь? – спросил я, а у самого появилось какое-то нехорошее предчувствие.

– Ну что. Я отказалась. Подождем отца с работы. Я что смогу, перетаскаю сам. Сына у меня к тебе просьба, – начала говорить мама, и мое сердце заколотилось.

– Ну вот, началось. Денег грузчикам пожалела, а мою спину не жалко, – подумал я дрожащим внутренним голосом.

– Сына, посиди внизу на вещах, покарауль, – сказал мама и мне немного отлегло. Посидеть можно, лишь бы не таскать.

– Ладно, – сказал я, при этом старался показать свое недовольство, потому что у меня были свои дела и менять их я не собирался.

Я вышел во двор. Там, у подъезда стояли диван и кресла, холодильник, плита и куча каких-то коробок и упакованных досок. Я сел на диван и решил, что все не так уж и плохо. Где еще посидишь на диване во дворе. В предвкушении отдыха на свежем воздухе, я устроился поудобнее и устроил на коленках планшет с интернетом. Тут вышла мама, схватила одну коробку и потащила в подъезд. Я заметил, как ей было тяжело, но она терпеливо несла коробку к входу.

Мне стало не по себе от увиденного, но я успокоил свою совесть мыслями о том, что мама сама виновата, пожалела денег на грузчиков. Потом она пришла за следующей коробкой и снова схватилась, еле подняла и медленно пошла к подъездной двери. Я смотрел в планшет, а сам ничего не видел, все мысли были о маме. Когда мама пришла в третий раз, я сказал:

– Мам, может, батю дождемся. Что ты надрываешься?

– Отцу тоже достанется. Вон холодильник, плита, стиральная машина, диван и кресла.

А коробки я сама перетаскаю.

Мама ушла. Я видел, что коробок оставалось еще довольно много. Я не мог дальше лежать на диване и нехотя поплелся к коробкам. Я схватил одну, но самую большую. Когда я ее поднимал, еще ничего, а когда пошел с ней к подъезду, то почувствовал, что сейчас кого-нибудь рожу вопреки всем закона природы. У самих дверей я хотел было немного передохнуть, но тут, как назло, из соседнего подъезда вылезли три девицы и остановились.