Пленница медведя

Сезар же совершенно спокойно себя вел, будто каждую неделю вот так вот лежит с очередной спасенной незнакомкой и заставляет ее потеть…

Когда мы взмокли оба, он выпустил, потянувшись за простыней, тщательно меня обтер, оглушая окончательно. Я не могла сказать ни слова… Обо мне так никто никогда не заботился. Ну или я не помню этого, к сожалению. Носить чаи, обтирать, водить в туалет – к такому я не была готова.

Я шмыгнула носом, и чертов Медведь оживился:

– Что с тобой?

– Отстань, Сезар, – беззлобно простонала, принимая возвращение его близости.

– Не могу, Дана, – и он уткнулся носом мне в шею. – Мне нужен твой запах. Я боюсь не проснуться…

Я зажмурилась, тяжело сглатывая, пытаясь вместить такое простое и страшное признание.

Глава 4

Мне снилось, что я снова медведь и не могу выбраться и вернуться к Дане. Слышал ее голос, крик, просыпался несколько раз и будто возвращался из ада в свой собственный концентрированный рай. Рай, в котором я был жив, Дана – в руках, а треск в камине наполняет спокойствием.

Кажется, нормально уснул, только когда рассвело. Но снова провалился в тяжелый сон, наполненный дождем, холодом и сыростью. Я ходил вокруг своего пустого дома, но не мог найти что-то важное, начал метаться, пока не проснулся от собственного крика и касания.

– Сезар, – сжались чьи-то пальцы на плече. Я едва ли слышал слова из-за собственного лихорадочного дыхания. – Сезар, проснись…

Я раскрыл глаза и резко сел, оглядываясь. Дана сидела рядом. Наши взгляды встретились, и ее был очень тревожный.

– Тебе плохо? – прохрипел, на что ее брови поползли вверх:

– Не мне. Тебе плохо. – Мы уставились в глаза друг друга, но она сдалась первой, поднимаясь: – Я кофе сварила. Со специями. Будешь?

Я рывком вцепился в ее штаны и дернул к себе. Девушка упала в мои руки, взвизгнув, и я быстро коснулся лба губами, и тут же перепроверил ладонью.

– Норма.

– Да я и без тебя знаю! – заворочалась она, выпутываясь. – Псих.

Поднялась, поправила футболку, подтянула штаны повыше и пошлепала босиком вниз.

Я проводил ее взглядом и протер лицо. Камин погас, по полу разливалась бледная стылая пастель позднего утра. Пахло дождем. И Даной. Я весь ею пропах так, что с первого раза и не отмыться. Да я и не собирался. Ее запах дарил спокойствие и почти физически держал. Я просто в это верил. Но и побочный эффект имелся – я хотел жить еще сильнее, до рычания, до зубовного скрипа.

Дану я нашел в гостиной.