Пленница медведя

Просто я второй день сталкиваюсь с вероятностью смерти, и, видимо, устала о ней думать. Но страх никуда не делся. Теперь же хотелось жить до одури. И этот пляшущий огонь перед глазами, запах мяты, смятой мокрой простыни и постели казались новой точкой, вторым местом рождения…

– Мне кажется, ты преуменьшаешь угрозу моей жизни, – скосила глаза на Медведя.

– Угрозы уже нет, – подтянул он табурет и поставил на него чашку. – Ягоды прибрежника снимают воспаление, кора пирты успокаивает…

– Это же наркотик! – подскочила я.

– Жить будешь, – нахмурился он, сужая на мне глаза. – Он даст время между подъемом температуры.

– Он дает чувство эйфории и… ложного принятия ситуации!

– Да откуда ж ты такая умная взялась? – оскалился.

– Тебе на голову, чтобы не считал всех идиотами! – выпрямилась, не заботясь о наготе – наоборот, его взгляд наливался особой искрящейся тяжестью, когда он цеплялся им за мою грудь.

– Ты кажется совсем долг не собираешься отдавать. Не учили благодарности?

– А чем мы тут с тобой занимались недавно? Разве не отдачей долгов? – повышала я голос.

– Ты сказала, что только увеличивали твой. – И ни один мускул на лице не дрогнул, только глаза ярко иллюстрировали то, что он думает о моем мнении и куда я могу его закопать.

Посчитав разговор законченным, он сунул мне чашку с терпким медовым запахом. Чтобы маскировать остальные.

– Не буду я больше ничего пить! – вздернула нос.

– Сейчас тебе снова станет плохо, и тогда я пойду искать свой заварник, кипятить ему носик и смазывать маслом…

– Пошел ты в…

– Именно туда, – прорычал.

– Хотя бы скажи, что тут! – неожиданно для себя перешла к переговорам.

– Куркума, перец и пирта!

– Снова!

– Дана, не буди во мне зверя – некому тебя будет заматывать в простыни!

Я обхватила чашку, злобно засопев… поставила обратно и принялась прикрывать грудь простыней, чем заслужила взгляд, полный призрения от Медведя. Когда я сделала глоток, у него аж плечи опустились.

– Почему не заведешь лекарств?

– У меня есть лекарства, – поднялся он и направился к камину, – но с ними ты будешь болеть долго.

– Ты меня убьешь, – покачала головой, закатывая глаза. – Откуда ты знаешь. А вдруг у меня аппендицит…

– При отсутствии клинической картины? – кинул на меня взгляд через плечо.

– Всякое бывает, – пожала плечами. Кора пирта меня и правда немного примиряла с обстоятельствами.