Истинная дракона. Противостояние

Да и на черта бы он, если в него можно только войти? Если бы не Алиса… Рассекало ли это безжизненное пространство когда-либо подобное мне существо?

Вряд ли… Драконы были мудры, спокойны, рассудительны…

«Наверное, поэтому я последний».

И я рванулся вглубь черного хаоса.

* * *

– Шейли! – крикнула Садира от окна, а за ней повскакивали и остальные маленькие шадиры.

Я подхватила примчавшуюся ко мне малышку на руки и чмокнула в щечку:

– Привет, птичка, я так соскучилась! – Садира обхватила меня маленькими ручками за шею.

Маленькая комнатка послушниц заколыхалась пестрыми лоскутками-платьишками и зазвенела подвесками на кончиках косичек. Девочки обступили нас, щебеча на разные лады в попытке перекричать соседок.

– Хорошо! – просияла Садира. – Надира Сархаат говорит, что я точно буду отдыхать на каникулах, а Парис с Каморой – нет! – и выбражуля показала толпе девочек язык.

– А что так? – я присела на ворох разноцветных подушек посреди комнаты и устроила девочку между ног.

Садира помрачнела, нахмурила лобик и раздула ноздри:

– Помогу, конечно… А за это Парис будет водить три раза подряд в прятки!

Я рассмеялась.

Моя адвокатская практика началась в этих стенах. Специализируясь на правах людей, преимущественно ущемленных более сведущими в законах сторонниками власть имущих, я добилась того, чтобы маленькие шадиры больше не знали жестокости. Аршад пошел навстречу безоговорочно.

Да, я пользовалась его непонятным чувством вины, но средства оправдывали цель полностью. Сейчас малышки все также воспитывались в дисциплине, но самое страшное наказание, которое несли – оставались без свободного времени, посвящая его какому-либо полезному труду. Старшим Данирам даже руки не позволялось поднять на них. Конечно, злились и шипели мне в спину, но было плевать. Я не могла позволить продолжаться этим жестоким традициям в отношении детей. Что бы ни говорили! А разговоры не стихали по сей день, только Повелителю было плевать.

– Шейли, а сегодня, говорят, большой праздник будет, – Садира перебирала мои волосы, просматривая пряди на свет и складывая одну к одной на плече.

– Не такой уж и большой, – поморщилась я. Вспоминать, что меня наверняка обыскались, не хотелось.

– Большой, – раздался позади голос, от которого волна жара прошла по телу. – И очень важный.