Истинная дракона. Противостояние

Джинн задумчиво огладил внутреннюю сторону предплечья и пронзительно глянул на меня:

– Ты обжигалась когда-нибудь?

Обжигалась. Я могла сунуть руку в костер без вреда. Но на вопрос Джинна пожала плечами:

– Кажется…

– Кажется? – сузил он глаза и обернулся к Алану: – Свободен. А ты, – повернулся ко мне, – будь паинькой сегодня. Я обещаю рассмотреть твое желание.

Я сглотнула:

– Рассмотреть?

– Я подумаю… как выполнить твое желание, – он присел рядом, заглядывая в глаза, и усмехнулся: – Я ведь Джинн.

Мне стоило всех усилий, чтобы не дрогнуть от его обещания. Так хотелось верить, только не ему. Аршад смотрел мне в глаза, а по ощущениям прикидывал, как будет надежнее прицепить ко мне поводок – на руку, ногу или шею…

– А у тебя есть лампа? – прищурилась я, надеясь, что глупость отвлечет его от бури эмоций, набирающей силу в душе.

– Есть, – усмехнулся вопросу.

– Покажешь?

– Нет.

– Почему?

– Она спрятана.

– Я бы нашла…

– И что бы ты сделала? – повернул он голову набок, усмехаясь.

– Форель в твоем бассейне, домик в Новой Зеландии, – на этом его брови поползли вверх, – и ты – обычный мужчина.

Он рассмеялся:

– Хороший бы вышел отпуск.

– Может, мне открыть турагентство для джиннов?

– Подумаем, когда уйду на пенсию, – и он поцеловал меня в лоб.

Чувство опасности никогда еще не пугало настолько. Все внутри рвалось отсюда подальше, будто где-то далеко нарисовалась конечная точка моего пути, и мне срочно нужно было туда.

* * *

– Зул… Вальдемарович…

Аэропорт Цюриха напоминал разворошенный термитник, только я разом перестал кого-то видеть и слышать, кроме нее.

– Давай без формальностей, – шагнул к Алисе, и та повисла у меня на шее. Совсем не изменилась, разве что только в лучшую сторону: глаза горят бесовскими огоньками, на щеках румянец.

Приятно было осознавать, что не ошибся. Поставил на карту все, и теперь она свободна и счастлива.

– Зул, – послышался всхлип над ухом. За последние сутки меня оплакали с ног до головы, и эта туда же.

– Поздравляю тебя с прибавлением. Очень рад, что все так вышло.

Чувствовать себя слабым и уязвимым было непривычно. Но никогда бы не подумал, что так приятно.

– Где вас… – проскулила тоненько.