Есения

Сережа, как обычно, пытался посвятить бабушку в подробности мегапопулярных «стрелялок». Но, несмотря на всю свою эрудированную продвинутость и современность, женщине тяжело было уследить за невообразимыми перипетиями главного героя.

Но вот оно, чудесное озеро, и место для парковки есть. Дети тут же побросали свои гаджеты, схватили сумки и побежали на зеленую травку, поближе к воде. Народу было достаточно для того, чтобы Полину Эдуардовну охватило нервозное состояние. Ей вполне хватало шума и людей на работе, поэтому вне своего торгового центра она любила тишину.

А еще лучше одиночество. Своих внуков потерпеть она была согласна, да они и не доставляли хлопот, но вот мельтешащие и громко кричащие чужие малыши…

«Господи, но ведь это вполне себе симпатичный ребенок? Почему ж он меня так раздражает?»

Только с Ириной она делилась своими чувствами.

***

– Ирка, я их ненавижу! – наедине с подругой она не стеснялась в выражениях.

– Кого? – с годами Иринка, теперь уже Ирина Геннадьевна, совсем не изменилась и порой, как и много лет назад, не сразу понимала, о чем ведет речь ее эмоциональная собеседница.

– Детей! – тон стал еще более раздражительным. – Они все орут, визжат. А их родители не делают им замечания!

Этот разговор случился как раз после возвращения Полины из Доминиканы.

– Ты представляешь? Двенадцатичасовой перелет, огромный самолет, и битком набит детьми!

– И что, прям рядом сидели?

– Ирочка, у меня такое чувство, что они даже на мне сидели. – Злость в голосе растворилась, и остались лишь усталость, беспомощность.

 – Я же специально взяла место повышенной комфортности.

– О, бизнес-класс?

– Нет, я не беру бизнес-класс. Там бывает еще хуже.

– Почему?

– Ой, ты что! На таких снобов можно нарваться! Не дай бог!

– Хорошо, что я никуда не летаю, – засмеялась Ирина, стараясь разрядить обстановку.

– Ничего хорошего, – проворчала Полина. – Хотя после вчерашнего… Представь, я такая вся отдохнувшая, довольная, загорелая, села у окошка, изучаю предложенное меню, и тут началось… Сзади сидела какая-то мамочка с ребенком, причем папа их сидел в другом конце самолета! Деловой! Периодически прибегал и спрашивал, как дела.

А как дела, если за все время ребенок замолкал дважды на полчаса, потому что, наверное, уже сам был в обмороке от своих криков. И еще пару раз мамочка уносила его в туалет. Ира, я все понимаю, и, скорее всего, этот малыш не совсем здоров, – тон опять чуть смягчился, – но это невыносимо.