Его истинная

Я насторожила ушки и застыла, вслушиваясь в еле слышные шорохи… Зимний лес наполнял грудь каким-то теплом, мое маленькое сердечко стучало быстро-быстро, еле успевая перекачивать бурлившую от незнакомых эмоций кровь… Я мотнула мохнатой головой, чихнула…

… И села на кровати. Голова болела, в горле стоял непонятный ком, и было чертовски холодно, словно в квартире отключили отопление.

Зеркало не порадовало: лицо бледное, глаза – лихорадочно блестящие. Неужели заболела?

– Зул Вальдемарович, я не приеду сегодня, мне… – начала в трубку без приветствия, но Магистр на мой напор не купился.

– Жду через полчаса! – рявкнул он в ответ, и я сжала зубы, чуть не прикусив язык.

Конечно, я удвоила отведенное мне время на явление пред его светлые очи, хотя исключительно за счет утренних пробок. Собиралась я метеором.

– Совсем сдурела, Анна?! – взревел Магистр, едва я переступила порог его кабинета. – Сбежать думала?!

Босс был, как всегда, стилен и спокоен, идеальная борода даже не колыхнулась, когда он орал на меня.

– Меня не каждый день насилуют оборотни за какие-то договоры, по которым я прохожу «предметом»! – процедила я, раздув ноздри.

Магистр просквозил мимо меня и захлопнул двери кабинета за спиной:

– Аня, я все понимаю, но и ты должна понять… сядь, – он подтолкнул меня к ближайшему стулу и надавил на плечи, вынуждая на него рухнуть. – То, что произошло – случайность…

– А вот Мирослав так не считает, – вставила я.

– Аня, – Зул Вальдемарович сел рядом, – у Мирослава всегда свое мнение, которое он считает единственно правильным, но это не значит, что оно отражает объективную реальность…

– Вы же учили, что ее не существует, – упрямилась я.

– Условно!

– О чем мы все же говорим? – не вытерпела я.

– Мирослав долгие годы был проклят, – заговорил он спокойно, словно с сумасшедшей, – ему было предсказано, что у него никогда не будет истинной пары. Для оборотня это хуже всего, а для правящего – чуть ли не смертный приговор! Такой мужчина не может править после тридцати пяти лет, Мирославу уже тридцать четыре…

Глядя в ярко-синие глаза Магистра, меня вдруг затопила малодушная надежда, что вот он снова мне все объяснит, как делал это уже сотни раз, и я вернусь в свое скрюченное, но такое привычное и почти удобное положение для дальнейшего существования…

– Вам то какое дело? – насупилась я, шмыгая носом.

– В каких… «контрах»?! – скривился он.