Его истинная

У тебя горе, но солнце светит, а травка зеленеет. Но я знаю, что миру не все равно… Только, лучше бы не знать, насколько.

4

Коридоры института обычно никогда не пустовали. До сегодняшнего дня.

– Лер, что происходит?

Мне казалось, что все накопленные в отпуске силы сразу же меня и покинули. Конечно, «быть психиком» совсем не значит «быть психом»… Но нервные потрясения я переносила плохо.

– Успокойся, Ань, – друг взял меня за руку, не смотря на угрозу, – они здесь…

Внезапно пространство перед глазами крутанулось и выплюнуло нас возле кабинета Вальдымарыча.

– Лера! – крикнула я, озираясь, но дверь кабинета распахнулась, и на меня устремился знакомый пронзительный взгляд Магистра.

– Воржева… – Как много было сказано одним словом! Были тут и удивление, и досада, и восхищение. Только чем?

– Зул Вальдемарович… – только и успела пискнуть я, как он меня сцапал и втянул в пустующую приемную.

– Раздевайся…

– ЧТО?! – неожиданно отскочила я от него, как ошпаренная.

– Дубленку снимай, – сдвинул седые брови мужчина. Вообще, Магистр хоть и был в летах, но представительницы женского пола этого в упор не видели. Всегда одетый с иголочки, аккуратно стриженый, с короткой бородой, которая даже мне нравилась, хотя я была ярой противницей модного веяния их отращивать. И даже морщинки вокруг его глаз были лишь атрибутом харизмы, но никак не возраста.

– Где Лера? – проблеяла я, подчиняясь.

– В безопасности, – коротко ответил шеф. – А теперь слушай меня внимательно… – Вообще, я рассчитывала, что слушать из нас двоих будут меня. – Сейчас заходишь в мой кабинет и молча садишься на свое обычное место… Молча! Я сам все решу!

– Что происходит? – поперхнулась я воздухом.

– Они здесь.

– Кто?

Вместо ответа Зул Вальдемарович оглядел меня придирчиво с ног до головы и, оставшись довольным, подхватил под руку и повел в кабинет.

– Хорошо выглядишь, молодец… Помни – молчишь.

И он втолкнул меня, по ощущениям, на арену к тиграм. Нет, конечно, его офис был далек от настоящей арены, разве что, может, такой же просторный и круглый. Ни одной стены – сплошная панорама без стыков, словно изогнутое жидкое стекло. А за ним – облака. Настоящее испытание для нервной системы. Я очень долго привыкала…

За большим квадратным столом посредине кабинета сидел незнакомый мужчина и изучал какие-то бумаги.