Мелодия одержимости

Подогревать интерес, чтоб не зачахнуть в зародыше. А там, глядишь, когда вернешься, сообразим еще один совместный клип, – завлек меня Костя.

Я сразу закивала. Просить его о дальнейшем творчестве я была не в праве. Но то, что он сам предложил, это было круто. Упускать такую возможность глупо. К тому же, у него фанатов в десять раз больше, чем у меня.

– Конечно, поехали, – согласилась я.

Попрощалась со всеми у Никиты в машине и пошла за Самметом. Ехать в его машине, однозначно, было поприятнее. Он сразу включил свои треки, и я расслабилась.

Откинулась на удобное кожаное сиденье и скинула туфли на убийственных каблуках. Потерла ступни и от блаженства аж заскулила. Поджала ноги по-турецки.

Костя усмехнулся, посмотрев на меня.

– Всегда удивлялся, как вы, девчонки, можете передвигаться на этих ходулях!

– Не знаю. Ты меня часто видишь на каблуках? Я обычно в кроссовках хожу. Это для клипа надела. На них ходить нереально. Поверь! – я закатила глаза, а парень заливисто засмеялся с моего страдальческого выражения лица.

– Поверю на слово. Проверять не буду. Тем более, туфли сорок четвертого размера не найти.

– Ну это ты зря так думаешь. Вон «Казахи» выступают в таких же туфлях. Даже танцуют.

– Сравнила! – обиженно пробормотал Костя, выезжая из поворота на главную улицу. – Я ведь не пидор крашеный!

– Прости, я не сомневаюсь, что ты любитель девушек. Это к слову вспомнилось, – виновато пробормотала я. Надо бы научиться держать язык за зубами.

– Забей. Я не обидчивый. Ты прикольная: такая мелкая и в то же время боевая, творческая, – вдруг добавил он.

Мы остановились на светофоре. Он глянул на меня уже знакомым заинтересованным взглядом.

– Та клуша правду сказала, что у тебя бойфренд за бугром? – серьезно спросил Костя.

Я отвернулась к окну. Уже начинало темнеть, и на магазинах и кафешках включали вывески. Я постаралась сосредоточиться. Эта тема была моим больным местом.

– Не знаю, – честно прошептала я. Ведь от Адлера за два года я не получила ни одной весточки.

Ни поздравления с праздниками или днем рождения. С его стороны это было равнодушно и жестоко.

– Когда узнаешь, скажешь. Мое предложение в силе, и я не шутил. Хочу с тобой встречаться, – прямо сказал Костя.

Я даже не оборачивалась. Чувствовала, что он снова смотрит на меня. Это очень тяжело – жить в неопределенности. Но еще хуже давать надежду другим парням, когда мое сердце обледенело от взгляда холодных айсбергов глаз!

– Не грузись. Все окей.