Встреча

«Куплю по дороге». Шоколадный батончик и растворимый кофе вместо завтрака и обеда. Весь день чтение книг, вечером пицца с пивом. На следующий день то же самое.

В один из одинаковых вечеров по дороге домой в вагоне метро он увидел рекламный щит. Как раз на том маленьком промежутке путей, где вагон вырывается из тьмы тоннелей и на несколько секунд оказывается под открытым небом. Когда все пассажиры зажмуривают глаза или закрывают их ладошкой, чтобы с непривычки не ослепнуть от солнечных лучей.

Вдалеке стояло одинокое, розовое здание: «Наверное, больница». На крыше большими буквами было написано «Компания „Джисатцу“». Вася успел прочитать ломаное японское слово, написанное русскими буквами. Но заострить внимание не получилось, картинка опять потемнела, и пошли нескончаемые провода и изредка тусклые, желтые лампочки. Придя домой и открыв первую бутылку пива, он почувствовал тягу к творчеству. «Вот опять, это оно». Непреодолимое чувство написать что-то буквально заставило его встать с кресла и сесть за ноутбук. Он уже 8 лет писал свой роман о большой и чистой любви. Где по задумке любящие сердца сливаются в бесконечных цветах и розовых красках, их чувствам не хватает и целого мира, они счастливы как никто. И в конце они вместе разбиваются на самолете. Это было у него в голове, а на самом деле было лишь пару страниц. И вот «муза пришла». Он начал судорожно стучать по клавишам, строчки забегали по тонкому экрану. Целая страница появилась незаметно. Василий, уставший и измученный, встал, чтобы отпить пивка. Столько написать за один вечер – «Да никогда». Но вот он, писатель, стоит перед зеркалом и грезит, как ему вручают премию Альфреда Нобеля за неоценимый вклад в мировую литературу. Его преследуют толпы фанатов, и девушки шепчутся, когда он проходит мимо. «Это же сам Клоков». И треснутое зеркало вернуло его в реальность. Прыщавое лицо рыжего ботана глядело оттуда, говоря: «Эй, паря, очнись, иди хоть помойся что ли». Он надул щеки и потер себя по подбородку, три волоска, скручиваясь, создавали подобие бороденки. Василий очень берег их и никогда не брил, только иногда подстригал. Он искренне считал, что они делают его мужественнее и девушкам нравятся бородатые мужчины. Иногда во сне бывало такое, что один из волосков выпадал, и Василий входил в настоящую депрессию, обнаружив его на подушке утром.