Дар

Наклонился и нежно-нежно коснулся ее губ, вселяя в истерзанную душу надежду. Она не уверенно ответила. Филипп взял ее на руки и понес на кровать:

– Не бойся, ничего не будет, – произнес он, глядя в ее обеспокоенные кошачьи глаза. Она обвила руками его шею и доверчиво прижалась. Филипп аккуратно положил ее на постель:

– Можно тебя обнять? – прошептал он.

– Фил… теперь ты уйдешь? – в ее голосе послышались нотки испуга.

– Никогда, если не прогонишь, – и они, обнявшись замерли.

– Мне кажется, что мои тараканы найдут общий язык с твоими, – сказал он через минуту.

Анна прижалась сильнее к нему и переплела свою ногу с его:

– Скорее всего они с испуганными криками сбегут от тебя, – засыпая промямлила девушка, чувствуя, что никогда ей еще не было так спокойно и уютно.

– Посмотрим, – закрыл глаза Филипп. После предыдущей бессонной ночи, глаза сами собой слипались. Теперь он знает, как ему надо поступать. Сердце сжималось от того, что не может стереть плохие воспоминания из ее головы, но он может не дать вновь произойти чему-либо плохому.

7. Кольцо

– Теперь тебе некуда деться и помочь некому! – взорвалось у Анны в голове.

– Нет! – она хотела закричать, но рот не слушался ее. – Не смейте причинять ему боль, – шептала она. – Не смейте!

– Анна! Проснись, принцесса, – услышала она дорогой голос и почувствовала, как сильные руки прижимают ее тело к могучей груди, вырывая из ночного кошмара.

– Ты здесь… – прошептала она и ее руки обвили крепкую шею Филиппа, ища защиты и утешения.

– А где же мне еще быть? – мягко улыбнулся он. – Тебе приснился кошмар, – нежно гладил по лицу ее, разгоняя последние остатки ночного кошмара.

Анна притянула его к себе и поцеловала. Прижалась крепче к нему и покраснев отпрянула, почувствовав напряжение в низу его живота.

– Я не робот, – лукаво прошептал он.

Девушка облизала пересохшие губы, и чувствуя, что вновь тонет в темном омуте его глаз:

– Покажи мне как это должно быть… Если не боишься разочароваться, – смущенно произнесла девушка, чувствуя, что с ним можно попробовать, что он не обидит и не причинит ей боль, а если она испугается, то сможет остановится. Ее глаза расширились и потемнели, а тело выгнулось дугой, зовя насладиться им.