Дар

 – Она тогда молча подошла к дерущимся и спокойно произнесла: «Остановитесь». В ее голосе чувствовалась такая сила воли, что мы все тут же замерли, а я подумал: «Вот это женщина! Она будет моей!» Я добился ее, мы поженились после моего окончания академии. Да мы безумно любили друг друга, но было то, что ее сильно омрачало: она очень хотела ребенка, но забеременеть ей никак не удавалось. Пять лет, чего мы только не делали – все было напрасно. И вот, – лицо Филиппа стало жестким, а глаза потемнели. Руки непроизвольно сжались в кулаки:

– Она ворвалась ко мне в кабинет на работе.

– Ребенок убил ее… На третьем месяце, что-то пошло не так. Он умер у нее в животе. Врачи не поняли этого сразу… Он уже разлагался внутри. Она умерла от заражения, – он замолчал, его волнение выдавала лишь бешено бьющаяся венка на виске. Анна замерла в ужасе, все ее переживания в миг показались какими-то детскими и нелепыми, по сравнению с тем, что пришлось пережить этому мужчине.

– О, Боже! Фил, прости, я не хотела, я не думала, что все так печально, – она нежно поцеловала в уголок его губ и обняла, сев к нему на колени.

– Все в порядке, как я и говорил – это было давно, два года прошло уже, – он взял ее за плечи и пристально глядя глаза, добавил:

– К тому же, я встретил тебя, – улыбнулся он.

– Пицца? – первая, очнувшись, спросила Анна.

– Давай узнаем?

Через несколько минут, валяясь на пушистом ковре в студии, они уплетали принесенную курьером, еще горячую пиццу. Анне, после почти двух дневного голодания, она казалась божественной.

– Ну и получается пять лет ты учился, пять лет вы были женаты, два года ее уже нет, – с набитым ртом не унималась Анна, буравя его изумрудными глазами. – Сколько же тебе лет? Не староват ли ты для меня, – лукаво улыбаясь перевернулась она на живот и по-детски махая согнутыми в коленях ногами.

– Староват?! – Филипп даже подавился от ее вопроса, – Хочешь проверить? На что способен старичок? – с напускным сердитым видом произнес он и начал щекотать девушку.

– Фил… – смеялась она, пытаясь увернуться от его могучих пальцев:

– Я серьезно, сколько тебе? – застыла в его крепких руках, тая от прикосновения сильных пальцев.