Темные ночи. Роман

Он красноречиво кашлянул и, почёсывая затылок, продолжил раздумывать.

– Ладно. Эти возьми, – ткнул в открытые банки Ашот, – У тебя женщина молодой есть, будете кушать. Икра для тонуса хорошо. Поднимает, – подмигнул он Степанычу.

Тот кивнул, что согласен получить свою долю банками, и вопрос разрешился.

Ашот умело решал дела. И не только в системе общепита. За эти способности Кира и держала при себе проворного помощника Ашота.

Должность он занимал неприметную, отвечал за сбыт продукции.

А вот Тиграна, своего младшего брата, Ашот устроил на весьма доходное место – директором валютного бара-ресторана. Кира не допускала семейственности в системе управления ее ведомства, но для Ашота сделала такое исключение.

Теперь Ашот вполне обоснованно полагался на Тиграна. В валютном баре несложно провернуть комбинацию по продаже «левой» икры. Денег это сулило немало, могло хватить на подержанный Жигуль.

Ашот рассчитывал, что это будет нехитрая операция, но те, кто как бы по ошибке поставили на склад Пищекомбината банки с икрой вместо сельди, задумали весьма сложную игру.

Пока Ашот и кладовщик обсуждали как им поступить с «левой» икрой, скучавший до этого рабочий склада выкатил тележку за двери, но прикрыл их не до конца, стоял и наблюдал за ними. Намерения Ашота понять было не сложно по его жестикуляции.

Рабочий снял трубку с висевшего на стене телефона, набрал номер и произнес:

– Он клюнул… Помощник начальницы Ашот.

Не дожидаясь ответа, рабочий повесил трубку и покатил тележку с картошкой в направлении кухни.

Ашот беседовал с братом более обстоятельно. Как только тот ответил, он сразу перешел к делу:

– Слышь, Тигран, купи в магазине двадцать банок селедки по два кг и привези на Пищекомбинат, – выдал он брату указание.

Тигран удивился такому заданию, начал расспрашивать, зачем это надо, но Ашот его остановил.

Тигран снова запротивился, стал канючить, что у него нет пропуска и он не сможет занести на комбинат банки из магазина.

Ашот начал злиться, перешел на армянский, обозвал Тиграна тугодумом.

– Какой пропуск? Я сам к тебе выйду! Давай, одна нога там, другая здесь, – скомандовал он строго и повесил трубку.