Образец

И не заметно, вообще, а когда ваши дети

вырастут скоро,

Ты вспомнишь про прыщик ничтожный,

Что повергал тебя раньше в души твоей трепет.

И посмеёшься, и детям своим расскажи моментально.

Пусть они внукам расскажут и правнукам тоже,

Что б никогда, ни одни там потомок ничтожный

В дальних веках незаметнейший самый и мелкий

Больше от прыщика вовсе душой не страдает,

И никогда от тоски этой странной не сдохнет.

РОЯЛЬ

От нас уезжает рояль.

Склонились чёрные лица.

Мы смотрим вслед. Жаль.

Жаль. Но мы должны проститься.

И иго его легко,

И бремя его прекрасно,

Но всё уже далеко,

И в общих чертах не ясно.

Скольких он сердцем согрел?

Кем он был не доволен?

Но мы плакать не умеем,

И не чувствуем боли.

Пусть едкий колючий туман

Его очертанья проглотит.

Нам будет не хватать его,

Но там, куда он ушёл,

Он будет свободен.

И день его будет тих,

И стих его будет ясен,

Прощай, рояль, прости.

Мы отрекаемся, убираем снасти.

Вытираем с пальцев тосол,

Размешиваем в бидоне дрожжи,

И кто ты был, и куда ушёл,

Вспомнить уже не сможем.

Как пожалеть твои клавиши,

Их строгий с чёрным пробор?

Если сможешь – хотя бы пиши,

Сюда, нам за забор…

И солнце десять раз встанет,

Зайдёт ещё десять тысяч,

А рояля нет уже с нами —

Его некому слышать.

Его некуда ставить

В этом нашем квадрате идей.

Мы не были, видимо, православными,

Но мы тоже хотели, чтоб в нас посеяли.

А как проводили рояль.

То и последний аккорд стих.

Тут мы поняли, что мы сыграли,

И, как жестоко он подшутил.

Тут с корнем из нас и выдралось.

Но корень вошёл не глубже эпителия,

И вся наша черствость выявилась.

И вся примитивная бухгалтерия.

– До встречи, – говорим мы,

косясь в сторону туалета.

– До свидания, – трём сухие глаза,

А, ведь, боимся возмездия, знаем это.

И можно бы – назад.

Какой-то ящик на колёсиках громоздкий,

Какое-то нагромождение струн и пружинок,

Мы всё молчим, но в обнажившемся скотстве

Видим, что все одинаково хороши.

Ну, это зимой ничего, ну, там, когда туман бывает,

А летом, когда распарит мозги —

Как мы? Да, как обычно, поругаемся.

А после начнём дохнуть от тоски.