Сон инкассатора. Греховная повесть. Книга первая

Не обращая внимания на уже расположившегося в кресле Комиссарова, начал мерно раскачиваться, медленно переступая с ноги на ногу, как бы готовясь к скорому старту, лишь только громкий пронзительный хлопок стартового пистолета даст короткую свою команду. И, как будто решив для самого себя, что-то очень важное, тихо продолжил

– Пора…

***

Ещё вчера вечером, едва только стало понятно, что сделка состоится, губернатор связался с генералом Комиссаровым, и коротко обсудив текущую ситуацию, назначил встречу.

Вот уже почти десять лет прошло с первой встречи, той, что так накрепко сцепила их, дав то, в чем каждый тогда нуждался.

Абсолютная Власть одного и высочайшей пробы Цинизм другого соединила их, как основные узлы в зловещей машине, мчащейся с неимоверной скоростью через жизнь.

– Как ты думаешь, какова будет окончательная сумма?

Заговорил Лежнев, медленно оборачиваясь к Комиссарову.

– По экспертным оценкам от 17 до 20 миллиардов.

Быстро ответил генерал и тут же продолжил.

– Буквально год, максимум два и экономику накроет глобальный кризис, сама возможность избавиться от падающих в цене бумаг – редкая удача.

Всего год назад Комиссаров с отличаем закончил высшую школу экономики и очень гордился тем, что так любимые, ещё со школьной скамьи цифры обрели фактическое приложение в его судьбе.

– В рамках, каких финансовых площадок пройдут торги? И в какой валюте будет произведен окончательный расчет?

– Торги пройдут на Лондонской бирже, Константин Леопольдович. Часть акций оплатят в английских фунтах, часть в валюте ЕС и долларах, а часть будет переведена в государственные ценные бумаги США.

– Это зачем?

Губернатор так и стоял, спиною опершись на гигантское окно, подсвеченный ярким заревом утреннего солнца.

– Так решил Романов, он считает – это защитит его вложения в недвижимость за рубежом и придаст его собственной фигуре политического веса.

– Не перемудрил ли наш Аркадий Абрамович, так тщательно раскладывая свои яйца по разным корзинам? Как ты думаешь, Слава?

– Константин Леопольдович, мы работаем в связке с Романовым больше десяти лет и ни разу, – Комиссаров покачал головой. – Ни разу у нас не было возможности, хоть как то, упрекнуть его в безрассудстве. Всё, что он делает – выверено и продумано.