Ещё одна жизнь злодейки

Как бы не храбрилась, а страшно.

– Ром, давай ты скажешь очередное «откажись», «давай подождем ещё» и «пожалуйста передумай» немного позже… Ладно?

Мужчина тихо хмыкнул опустив глаза вниз.

– Ладно, – он пригладил мои растрепанные волосы и направился к выходу. – Позаботьтесь обо всех приготовлениях. Через полтора часа начало операции.

После слов Ромы, мама обреченно прикрыла рукой губы и крепко зажмурила глаза. Сердце разрывается, но пути назад нет. Она прекрасно знает, если её старшая дочь, что-то решила, никакие уговоры, слезы её не остановят.

***

Лежа на операционном столе, я, если честно, нервничала намного сильнее чем показывала. Целая бригада врачей кружила надо-мной, а Ромка все это время стоял рядом в голубом комбинезоне.

– Не волнуйся, я буду ассистировать на операции. Сейчас пришёл анестезиолог, готовиться и мы начинаем.

– Хорошо. – немного дрогнувшим голосом ответила я. – Что ты мне хотел сказать утром?

Даже когда он стоит в маске, я вижу, что он улыбается.

Глазами улыбается.

– Я скажу тебе это после операции. Ты меня выслушаешь?

– Какой ты хитрый… – интонационно упрекаю его, но вовсе не злюсь. – Ладно. Так будет лучше. Ты меня сильно заинтриговал, так что я выслушаю тебя сразу после того, как отойду от наркоза.

– Пора начинать!

Басистым голосом сказал один из врачебной бригады. Хирург, на сколько мне известно умелый. Анестезиолог одел на меня маску и приказал начать считать. Я вскользь глянула на Ромку и последнее, что я помню, он мне подмигнул.

Темнота…

Глава 2

Не понимаю, что за странное чувство тяжести?

Собственное тело ужасно тяжелое и даже пошевелить пальцем я попросту не могу. Спустя некоторое время начинаю слышать какой-то странный усиливающийся с каждой секундой звук и спустя ещё какие-то мгновения в ушах поднимается непонятного происхождения шум, вперемешку с противным писком.

– … давление падает.

Глухие разговоры и непонятные термины, знакомый голос. Это Ромкин успокаивающий, но взволнованный голос.

В какой-то момент ощутимо начинает не хватать воздуха, что-то давит на меня не позволяя нормально дышать.

Страшно, больно и очень… очень одиноко, но после тьмы приходит свет. И мой свет появился так же быстро, как наступила темнота.

Вот только… мокро.

Первый и ужасно тяжелый глоток воздуха, болью, наполнил мои лёгкие. Ничего не вижу из-за застилающей глаз воды и паутины мокрых волос, но врезался в память черный силуэт на фоне ослепляющего солнца.