Немка. Остросюжетный психологический боевик

Александр схватил Немку через плечо и бросился к выходу, найдя белую Ауди, закинул красавицу на заднее сиденье и резко рванул с места против потока автомобилей. Ребекка еще продолжала хохотать, изгибаясь как из кошачьей породы.

– Милый, ты куда?

– За город, в лес, где твои стоны никто не услышит!

– Солнечная 27 дробь два, там такая шикарная кровать и бассейн, любимый, будешь голый купаться со мной?

– Ты даже не представляешь, что тебя ждет! Коттедж твой покажется спичечным коробком. Ох! Что я буду вытворять!

– Мустанг! – похвалила Немка.

Домик по адресу оказался не маленьким.

– Какой бассейн?! – проворчал Саймон. – В кровать! Ох, сейчас начнётся!

– А у тебя сильные руки, надеюсь все такое?

– Не переживай, Солнышко, скоро почувствуешь!

Немка снова рассмеялась. Наконец Александр добрался до спальни, там так пахло иланг-илангом, огромная резная кровать с рисунками красных маков на простынях, бирюзовые стены и много картин на японскую тематику.

– Стоп! – скомандовала Немка и легко для женщины разорвала одежду Саймона, схватила его за ремень и толкнула, тот не удержался и упал, а Ребекка уже стягивала штаны, потом оседлав верхом, оголила свой бюст.

«Чего-то не хватает?» – спросила она как бы саму себя, развела руки Пимкова в стороны и раздались два последовательных щелчка.

– Это твои игрушки? – спросил Александр, почувствовав наручники на своих руках.

– Ловко, да? Я буду полицейским, а ты моим задержанным, даже не догадываешься, как буду пытать!

– Что я должен сказать?

– Что сдаешься – и это будет чистосердечное признание!

– Не дождешься.

Немка принялась его целовать с шеи, а потом спускаться ниже и ниже, и издевательски поглядывала на него.

– Чёрт! Мне так жарко! – помахала на себя ладонью Ребекка. – Надо включить кондиционер, ты же не сбежишь, Милый? – но посмотрев на наручники, задумчиво добавила, – Хотя нет, – и направилась к выходу из комнаты.

– Мальчик, две секунды!

В коридоре она подозвала большую белую мощногрудую собаку.

– Булечка, моя! – почесала её за ушком.

– Фас! – скомандовала и указала на спальню.

Бультерьер стрелой бросился в открытую дверь, Саймон дёрнулся, но руки были крепко пристёгнуты. Он рывком из последних стремлений перевернул кровать, оказался под ней. Псина схватила зубами за матрас, чтобы вырвать его и добраться до добычи, наконец, левая верхняя конечность освободилась. Собака кружилась вокруг пастели, пытаясь ухватить за любую часть своей жертвы.