Заболо

Тогда мы пытаемся поймать кота Тарзана – огромного, чёрного с белой грудкой. Тарзана очень сложно ловить, вот он сидит на куче старых дров, щурится, мы к нему подкрадываемся с двух сторон, тихо-тихо, вот кот уже совсем близко, я протягиваю руки, и вдруг Тарзан открывает жёлтые глазищи, а в следующий миг он уже на крыше террасы. Я говорю Женьке: «Ну что же ты-то его прозевал?». А Женька пожимает плечами и улыбается: «Лялюлёка!»

А потом Женька бежит в дом, через минуту выходит на порожек с двумя большущими вафлями в руках – мама Нина ему гостинцев привезла с поезда.

«Дай мне одну вафельку!», прошу я у Женьки вкрадчиво. Но он жадничает, не даёт. Одну надкусывает, у второй отгрызает корочку и лижет белую начинку.

Дверь на террасу приоткрыта, слышно, как с кровати ворчит на меня басом пьяный Седой: «Я дядь Диме твому колёсы-то жигулёвые проколю ночью! Неча цветы наши давить! Так и передай ему, слышь, Илюха! Передашь?»

ЗА ГРИБАМИ

Мне – четыре. И дядя Дима с тётей Аней меня берут на машине в лес, потому что я уже большой.

Я с радостным замиранием сердца смотрел, как они приехали на своих ярко-жёлтых жигулях! Ещё только машина из-за поворота на сельсовет показалась, а я уже кричал «Ура-а-а!». А то, скучно с бабой Леной. И родителей нет, потому что они работают в Москве. А у дяди Димы и тёти Ани – отпуск. Своих маленьких детей у них нет, а есть уже большой Саша, он в институте учится. Баба Лена и с Сашей сидела, когда меня ещё на свете не было.

«Куды ж вы его берёте? А если потеряется?», спрашивает баба Лена.

«Не потеряюсь!», кричу я, и залезаю в машину на водительское сидение, мне дядя Дима иногда разрешает порулить. В этих жигулях кроме руля ещё и переключатель скоростей с красивым стеклянным набалдашником, где внутри розочка распустилась. Я трогаю эту розочку за стеклом. Жаль, что её нельзя вытащить и понюхать.

«Не дёргай, не дёргай, а то в лес не возьму!», строго говорит немногословный дядя Дима.

Тогда я начинаю трогать массажные коврики на сидении, с желудями-колёсиками.

Вот, наконец мы выехали, баба Лена плавно удаляется в зеркале заднего вида, стоит у забора, провожает, но не машет мне. И я ей тогда тоже не буду махать, подумаешь! Едем медленно, потому что дорога из Заболотного в Игнатьевское – плохая, без асфальта, только камни да ямы одни. Навстречу едет большущий самосвал – а вдруг задавит? Но дядя Дима хорошо водит машину, он спокойно увернулся от грузовика, а потом и от серого пыльного автобуса.