Что было бы, если бы смерть была

Привлекательное изображение именно этого тела сидело сейчас перед Хельгой.

Именно это изображение (понукаемое прошлой душой) предложило выпить и поговорить. Именно за этим предложением – послушное тело шагало за водкой, дабы теперь его звонкая трезвость ничему не мешала; но – женщина впала в панику.

Бог с ними, с прозрениями! Ведь возможный донор спермы (хотя и отрицал это, но – кто кому верит?) оказывался пьющим.

Далеко от японского ресторана прошлая душа Перельмана отвернулась от монитора и протянула «руку души» (вот так же, как светятся витражи, такова и рука – как река сквозь пространства и времена) и взяла ею у своего будущего тела початую ёмкость с алкоголем; более того!

Душа взяла водку и отхлебнула.

– Выпьем? – (почти что) крикнула Хельга. – Так вы пьёте?

– Да, пью, – ответило новое тело со старой душой.

Тогда Хельга молча встала и побежала прочь.

– Но реки, что не пьют своей воды,

Иссякнут, словно путники без цели!

Из любят женщины, не трогают собаки…

Но женщина, что мудрствует в постели -

На свете, верно, большей нет беды, – произнес он ей вослед, но – она не услышала (произнесено было строкой на экране монитора); и вот только «тогда» – почти атлетическое (но захмелевшее) тело Перельмана на проспекте Энергетиков забрало водку у души Перельмана.

И поднесло горлышко бутылки прямо к «своим» губам.

– Из нас любой, кто пожирал себя,

По жизни был не прав… Как сладко быть неправым!

Неправду и любовь, и человечьи нравы

Я буду пожирать, доколе жив.

Доколе не иссякну. Что есть путь?

Не более чем ноги, что идут.

Что есть любовь? Не более чем боль,

Доколе больно ею. Что есть Бог?

Не более чем пыль его дорог, – сказал он про себя (самооправдываясь); а как иначе душа могла хлебнуть водки – только из близкого будущего.

Только (взахлёб) – вобрать в себя астральное тело спирта.

Как электрический ток по проводу.

Именно так стремилась прочь из ресторана насмерть обозлённая и оскорблённая в лучших своих намерениях Хельга; именно такой результат их встречи был наилучшим: не быть, не существовать вовсе, быть (друг для друга) никем.