Эвтаназия экономики коммунизма 1917-2017

Ульянов (Ленин) со товарищи использовал Февральскую революцию, формальное буржуазное право, усталость народа от войны и от традиционной российской системы подавления личности как главное для революционного переворота, когда формальное право свобод большевики превратили в вседозволенность, когда массовые убийства и грабежи лидеры РСДРП(б) ассоциировали с благом. Иди в Советы и грабь награбленное. Даже благородная большевичка, дворянка по происхождению, Коллонтай в особняке М. Кшесинской напяливала на себя нижнее белье и шубы из гардероба знаменитой балерины.

Второй рычаг – это условия перехода от буржуазного строя к социалистическому, которые обеспечивают наиболее «безболезненный» переход к социализму. В качестве центра тяжести работы для достижения условий «безболезненного» перехода к социализму В. И. Ульянов (Ленин) рассчитывал на определяющее влияние фракции РСДРП(б) на Учредительное собрание.

Для путей влияния большевиков на Учредительное собрание вождь мирового пролетариата определил два направления.

Одно направление – это, когда Учредительное собрание присоединяется к решениям Второго Всероссийского съезда Советов, где были в основных чертах определены пути перехода к социализму.

Другое направление – отряд матросов разгоняет Учредительное собрание. Понятно, что большевики должны были выбрать и выбрали самый простой и линейный путь действий. Так, практически в первый раз люди и реальные институты власти были принесены в жертву, чтобы реализовать иррациональные ментальные конструкции.

Третий рычаг – это партия РСДРП(б), так В. И. Ульянов (Ленин) называл однопартийцев – это рыцари из чистой стали, с головы до ног. О сердце, мозге и их работе в этом случае вождь мирового пролетариата не упоминал, он считал, что уровень абсолютной истины им достигнут, а все остальное от лукавого.

Четвертый рычаг – это партия эсеров. Понятно, потому что руководителям пролетариата был нужен мощный союзник в деревне. Революцию ведь назвали рабоче-крестьянской, а влияние эсеров в деревне на крестьян, как еще установила советская историография, было на порядки выше и значительнее по сравнению с социал-демократами всех мастей.