Метро 2033. Свидетели Чистилища

Понятно, уже и возраст не тот, и голодуха сказывается, и комплекция теперь отнюдь не как у бодибилдера, и вообще мне сегодня досталось сверх меры. Однако еще несколько лет назад Жорка после очередного конфликта с местными укорял меня: дескать, ты соразмеряй свою подготовку и состояние этих несчастных! Лучше не бей, просто толкай, им хватит. Вот я и толкнул Игоря. Он потерял равновесие, но пальцы не разжал. Мы оба упали на кого-то. Дикий крик! Тут же вся пещера проснулась, понеслась ругань. Вообще, это страшно, когда толпа, пусть даже такая небольшая, как наша, живет в состоянии сухой соломы, только поднеси спичку.

Игорек требовал немедленно поквитаться со мной, проучить или выгнать из Могильника на еду волкам. Ибо нефиг чужакам занимать козырные места в спальной пещере, попирая права истинных хозяев! Многие уже готовы были поддержать его – не из особой антипатии ко мне, а просто от скуки и от того, что я лишил их драгоценного сна.

– Че расшумелись? – Это Харитон выполз из своих апартаментов.

– Да вот он тут того… – В мою сторону стали тыкать пальцами.

– Я просто пришел спать. На свое место. А меня не пустили.

– Вы че, соколики, – доморощенный Диоген покрутил пальцем у виска, – это ж брат Гоши Белецкого. Кто вам мази лечебные химичил, чтобы ваши руки-ноги вонючие не отгнили? Забыли уже? Завтра он вернется – и обиженного родственничка вам не простит, уж поверьте. Короче, отвалите от блаженного и давайте все вперед, к светлым грезам и розовым сновидениям.

Игорь с кислой рожей освободил наше место, попытавшись попутно прихватить с собой одеяло.

Я прикрикнул:

– А ну положил обратно!

– Дождешься еще, сука, – пообещал он негромко, но спорить не стал.

Через пять минут пещера снова наполнилась симфонией храпа.

Глава четвертая

Утренняя прохлада напоминала о приближающейся осени. Где-то очень глубоко внутри у меня едва шевелились фантомные воспоминания об улетающих на юг птицах и созревающих яблоках.

Рекогносцировку на меланжевом комбинате решили провести сразу после восхода.

Не иначе как размышления Харитона спровоцировали воспоминания о таких понятиях, как стратегия и тактика.

Разведгруппа, которую собрал наш доблестный Наполеон, выглядела довольно странно. Что-то среднее между шайкой бродяг с большой дороги и горсткой каторжников на последних километрах этапа. Особенно впечатлял плюгавенький Петрович с брюзгливым выражением лица, обвязавший голову клетчатым шарфом. Но в целом настрой был у всех довольно боевой.