Притяжение

– Всё, – сказал Олег, – теперь ты моя невеста, мы с тобой обручены… обречены на вечную совместную жизнь.

Когда Вероника вышла из больницы, Олег официально попросил её руки у её родителей. И началась подготовка к свадьбе.

И всё было бы прекрасно, но тут затосковала эфа. Она знала о том, что Олег женится. Казалось даже, что относится к этому с пониманием. Хотя Олег не выставлял своих чувств напоказ перед эфой, она видела, что он счастлив. Но этого счастья разделить вместе с ним не могла.

Незадолго до дня бракосочетания эфа начала волноваться.

Олег был не на шутку встревожен.

Озарение пришло как-то вдруг.

– Я понял, – сказал он, глядя в её грустные жёлтые глаза. – Ты не можешь жить в неволе. У нас с тобой нет будущего.

После этих слов эфа успокоилась, но грусть не покидала её, наоборот, становилась всё гуще и насыщенней, пока обоих не накрыла с головой. Они понимали, что больше так продолжаться не может. Надо что-то предпринять.

– Может нам лучше с тобой расстаться, – после долгих раздумий предложил Олег.

Эфа качнулась, зашуршала, будто запела. И песнь её была печальной.

Олег отпросился в деканате на несколько дней. Купил билет на самолёт до Ферганы.

Вероника пришла попрощаться с эфой. Эфа вела себя дружелюбно.

– Береги его, – сказала эфа на прощание, – он тебя любит! И прости меня. Я не хотела тебя кусать. Это получилось случайно, – добавила она и посмотрела на девушку пронзительным виноватым взглядом.

Вероника не понимала, что говорила эфа, но чувствовала её расположение к себе.

– Она просит у тебя прощения, – перевёл Олег.

– Всё хорошо, – обратилась Вероника к эфе. – Я не держу на тебя зла.

– Ты добрая, – произнесла эфа. – Я буду помнить это всегда. Прощай.

Эфа стала спокойной, в ней вновь появилось достоинство. Змея и девушка расстались почти подругами.

Олег повёз песчаную эфу в Ферганскую долину. На том месте, где студенты вели раскопки несколько месяцев назад, он выпустил гадюку из клетки.

Олег улыбнулся и кивнул эфе ободряюще. Он подумал о том, что эфа изменила его жизнь. Никогда раньше он не задумывался обо всём многообразии живых существ, населяющих землю. Он не был жестоким, но и милосердным не мог себя назвать.