Попутный лифт

Итак, ни дома, ни наследства. Зато сочинённая уверенность в том, что никто и ничто её не сломает. Принимает решение, что будет учиться. Дело в том, что там, где она жила, умение обращаться с цифрами и буквами считалось как полезным, так и достаточным. Зачем человеку, который освоил эти умения, учиться чему-то ещё? А действительно, как объяснить – зачем? Маленький ум Зины – загадочно самовольный ум маленькой девочки, способный видеть в книгах на полках местной библиотечки не многозначительную угрозу – неужели всё это можно и нужно знать? – а очередь из доброжелательных друзей и советчиков.

Такая история весьма заурядна в масштабе человечества, но тогда в Красной Горе подглядеть развязку было не у кого.

Когда началась война, детский дом в полном составе эвакуировали в Нижний Вяземск. Сёстры остались, стали разведчицами в партизанском отряде. В тысяча девятьсот сорок третьем самая старшая схвачена немецкими солдатами рядом с охраняемым мостом и там же расстреляна. Вторая погибла месяц спустя. Зина узнала официальные подробности – дата и место смерти, награды – после окончания войны из письма начальника штаба партизанского отряда.

Сразу после войны она – уже совершеннолетняя девушка без профессии и дипломов, но грамотная. Тогда этого оказалось достаточно, чтобы быть принятой на работу учительницей в сельскую школу в Гончарово, что на окраине Нижевяземской области. Платили пайком, а также выделили несколько грядок под огород. Состоялось обычное упрощение: ученики в школе стали звать её Зиндамельявна, а то и вовсе Зиндамелья.

Если использовать шаблонные, ничего не добавляющие выражения, которые подобно дёрну выстилают биографические описания, то «её характер закалился», «она не позволяла унынию брать верх», «ей был присущ врождённый оптимизм».

После замужества так и оставалась Зиндамельявной, учительницей начальной школы, к которой подбегали посоветоваться дети и, улучив момент, подсаживались пошептаться взрослые. К её мнению прислушивались. С той лишь разницей, что не в Гончарово, а в Нижнем Вяземске.

Похвальная наблюдательность вылепила образ киногероини, школьной учительницы, которая обращается к своим домочадцам бодрящим, повелительно-заразительным голосом: «А сейчас мы все пойдём и дружно поставим на огонь чайник!». Так вот: это абсолютно не про Зинаиду Емельяновну!

Овдовев, она потеряла бесстрашие. Кажущаяся необъяснимость этого изменения связана со сторонней очевидностью того, что именно ею создавалась защищённость близких людей.