Моя золотая клетка

На прикроватной тумбочке стоял торшер, тускло светившийся в полумраке. Большая кровать занимала половину комнаты.

Среди горы подушек и пышных одеял лежала худая изможденная женщина. По ее виду сложно было определить, сколько ей лет, но она казалась очень старой. Белые волосы были разметаны по подушкам, тонкие руки лежали поверх одеял. Глаза ее были закрыты, и тело практически сливалось с белой постелью.

Марцелл с непроницаемым лицом шагнул к кровати. Опустившись на корточки, он взял бледную руку женщины в свою.

– Она всё больше спит в последнее время, – шепнул мне на ухо Эмметт.

Я кивнула, неотрывно наблюдая за происходящим. Фигура женщины так сильно меня заворожила, что я не заметила, с каким безразличием он произнес эту фразу.

Наконец, пожилая дама открыла глаза.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Марцелл. Она ничего не ответила, лишь взглянула на него устало, затем бросила такой же отрешенный взгляд на остальных, и снова прикрыла глаза, – понимаю. Это Алекса, твоя новая сиделка. Алекса, – он повернул голову ко мне, – это Вивианн.

– Рада знакомству с вами, Вивианн, – пробормотала я. Женщина проигнорировала меня.

– К сожалению, ей особенно нездоровится в последнее время, – сообщил мне Марцелл, – она совсем не разговаривает и почти не ест. Но тебе нужно делать все возможное, чтобы она ни в чем не нуждалась.

Я молча кивнула. Вид усыхающей женщины на огромной роскошной кровати заставил меня задуматься о том, что никакие деньги не помогут откупиться от старости и смерти.

– Тебе нужно приходить к ней каждое утро в десять.

Приносить ей завтрак и кормить. После помогать одеться и отвозить ее на прогулку. – он кивнул на инвалидную коляску в углу комнаты. – В два часа дня у нее обед, после которого она спит. В это время можешь заниматься, чем пожелаешь. В семь вечера ланч и купание. В десять ужин и укладывание спать. Понятно?

– Да.

– И еще. Три раза в день ей нужно давать лекарство. Перед завтраком, обедом и ужином. До еды.

– Хорошо.

– Это очень важно. Не забудь это.

Я кивнула, снова переводя взгляд на Вивианн. Она лежала и безразлично смотрела в потолок. Ее белое лицо почти сливалось по цвету с волосами.

– У матери будет звонок, – он указал на маленькую кнопку на тумбочке, – если ей что-то понадобится, она тебя вызовет.

– Но обычно ей ничего не надо, – ввернул Эмметт, – она даже на нас внимания совсем не обращает, верно, матушка?

– Сейчас не время для твоих комментариев, Эмметт, – равнодушно пресек его Марцелл.