Ещё одна жизнь злодейки. Не на жизнь, а на смерть

С одной стороны глупость, но с другой вполне обоснованно.

Не успела я даже включиться в беседу как раздался сигнал о приближении Повелителя. Люди всполошились и принялись подниматься с мест, становиться в отведенные их статусам позиции.

Заметив Пенелопу и остальных фрейлин, я двинулась к ним навстречу.

Вэн – приставка, используемая для обозначения кастового статуса – ферзенский политический деятель.

Акс – приставка, используемая для обозначения кастового статуса – ферзенский военачальник.

Эдэ – приставка, используемая для обозначения кастового статуса – дочери и внучки императора.

Глава 6

Тяжелые размеренные шаги заглушили всё вокруг.

Каждый в этом зале знал, кому принадлежит этот шаг, потому и не решался поднять головы.

– Расслабьтесь наконец.

Голос императора разнесся вокруг и только после этого люди начинали поднимать свои головы.

Пожилой мужчина источал ауру силы и мудрости.

Он неспеша поднялся по нескольким ступеням, ведущими к его трону, и сел на диванчик, аккуратно расправив края кафтана.

На вид простые одеяния черного цвета ничем не выделялись, но в свете цветных бликов витражей, складывалось впечатление, что кафтан усыпан черными ониксами. Но это была лишь скромная для его статуса бисерная вышивка.

Голову старца украшал традиционный ферзенский головной убор. Обозначая исключительный статус мужчины, он был усыпан цветными самородками, а на груди сверкала брошь-герб страны. В руке император неспеша пересчитывал четки из разноцветных бусин.

– Да здравствует Повелитель!

В унисон разносились голоса представших перед его взором людей.

Каждый с большим или малым трепетом радовался императору и выказывал не менее трепетное почтение, но тот отчего-то выглядел недовольным.

– Садитесь. Карлос, подойди ко мне.

Стоило наследнику империи приблизится к мужчине, как внушительный старик принялся ворчать.

– Ничего интересного не вижу, поэтому собираюсь уйти немедленно.

Недовольный, тяжелый взгляд императора пронзал насквозь, но Карлос лишь улыбнулся ему и ответил:

– Позволите ли вы, Повелитель, своим подданным насладиться вашим присутствием хотя бы ничтожных полчаса?

Морщинистое лицо старика посуровело, но после тот хитро сузив веки, кивнул.

Как бы сильно он не ворчал и не жаловал большое скопление людей, прожигающих драгоценное время и ничтожные богатства на развлечения, он любил свою страну. Он служил своей стране все эти годы.