Хроники Омура

Зест вновь пробежался по ней своим взором, оценивая, изучая, пришел к какому-то решению, но его речь опередила Шалуна:

– Я сама о ней позабочусь, а мой охранник в этом поможет! Правда? – умоляющий взгляд на мужчину.

– Госпожа вы больше не убежите от меня? Станете слушаться? – пристально посмотрев на девочку, строго спросил он.

– Всегда! – заверила его Шалуна.

– Тогда идем…те, – сказал он и уверенным шагом направился двери.

Держа за руку рыжеволосую девочку и не оглядываясь на Зеста, Катерина поспешила следом.

Хоть Шалуна и просила, чтобы заночевать Кате разрешили в ее комнате, Воин ночи остался непреклонен. Он в приказном порядке велел Катерине идти с ним.

Спустя некоторое время они стояли в довольно просторной, но скудно обставленной комнате. Мужчина, не говоря лишних слов, указал девушке на дверь в ванную и сказал:

– Иди вымойся, а я пока разыщу тебе подходящую одежду.

– Погодите, – у Кати было множество вопросов, но он не ответил ни на один из них, молча подтолкнул ее к ванной и исчез.

– Да что же это такое творится! – вслух возмутилась Катерина, воздев руки к потолку.

Ответа не последовало, и девушке ничего не оставалось делать – только послушаться Воина и уйти в ванную. Здесь все было вполне по-земному, только краны бронзовые, вычурно украшенные завитушками, ванна с львиными лапами и множество баночек по углам, только не пластиковых, а глиняных.

Все-таки ванную Кате принять хотелось, поэтому она с удовольствием погрузилась в горячую воду, предварительно вылив туда половину баночки с ароматно пахнущим содержимым. Блаженно застонав, Катерина прикрыла глаза, стараясь хоть на время отрешиться от всего случившегося.

Не получилось! Прямо над ее ухом раздался тихий вопрос:

– Хорошо ли тебе здесь, красна девица?

Катя подпрыгнула, расплескав воду по полу, прижала колени к груди, надеясь хотя бы немного прикрыть наготу, и с ужасом воззрилась на Зеста.

– Напугал? – неискренне удивился он.

– Д-да, – выдавила из себя землянка.

– Я такой страшный? – темный бог и не подумал отойти, он уселся на край ванны и опустил холеную руку в воду.

– В-вы мне мешаете, – пролепетала Катерина.

– Чем? – и глаза честные-пречестные, даже придраться не к чему.