Не прикасайся!

У вас звонит телефон.

Но это я и без него слышу.

– Да?

– Привет, Насть.

– Никита? – Я совершенно искренне удивляюсь.

– Узнала, богатым не буду. Ну и ладно. Хотел пригласить тебя куда-нибудь. Билетов на «Принzzа» нет, поэтому я решил у тебя узнать, куда ты хочешь пойти, и пригласить.

Я не знаю, что сказать, потому что не верила до последнего, что он позвонит. Зачем симпатичному спортивному парню общаться со слепой девчонкой, которая даже красится на ощупь и не факт, что красиво?

– На-а-асть? Ты еще там?

– Да, прости, я задумалась.

– Так что? Куда ты хочешь пойти?

– На лед, – вырывается у меня прежде, чем я успеваю что-либо сообразить.

– Ого… не вопрос. Правда, предупреждаю, что стою на коньках… в общем, слава богу, что стою. Когда тебе удобно? А тебя отпустят не с тренером, а со мной?

– Давай в «Элит» в субботу. Сергей Олегович звонил, извинялся за тренера и сказал, что назначит нового. Заодно поучит тебя кататься. Весь лед будет в полном нашем распоряжении.

– Супер. Тогда после льда приглашаю тебя на ужин.

– Идет. – Я чувствую себя так, словно за спиной вырастают крылья. – До встречи.

– Ваш десерт.

Слышу, как официант ставит передо мной тарелку, и приступаю к блинчикам уже совершенно в другом настроении. До звонка Никиты это был способ заесть стресс, а сейчас – приятное дополнение к неплохому, в общем-то, дню. Возможно, из этого ничего не выйдет. Возможно, общение с Никитой закончится на паре встреч, если не на первой.

Но зато оно хотя бы будет. И, может, мысль о собственной неполноценности в качестве девушки девятнадцати лет перестанет меня изводить.

– Макс, а как считаешь, мне стоит подстричься?

Звук активного жевания вдруг утихает. Я хихикаю, пытаясь представить ошалелое лицо мужчины, но быстро сникаю. На самом деле я даже не знаю, как Макс выглядит. Мир стремительно изменяется, он уже не такой, каким я его помню. Папа наверняка постарел. У брата появились сын и дочь, которых я никогда не видела, а моя племяшка Маша за четыре года выросла, а ведь я все еще помню ее крошкой-пятилеткой.

Они все меняются, а в моей голове образы остаются прежними. Чем больше времени проходит, тем чаще я представляю Вову, Ксюшу, папу, Даню и Машу расплывчатыми образами. Теряю черты лица, изюминки, улыбки. Скоро утрачу их совсем.