Двенадцать сторон света

Но для этого ему надо было долго и терпеливо стоять, не вертясь под ногами, а только хорошо запомнив нужные ноги в потёртых туфлях или в грязных сапогах, с сумкой, постиранным пакетом или растянутой авоськой.

И медленно-медленно двигаться в этой душной тесноте. Да ещё и мама так давно не приходила! Говорят, она болеет и её положили, и поэтому не может повидаться с Лёней. А отец сам находит вечные отговорки. Лёня, как и все вокруг, стал сильно ждать снега – со снегом сразу станет легче.

В этот вечер дед пришёл домой с каким-то особенным взглядом – немного растерянным и как будто по-новому оглядывающим квартиру.

Лёня уже знал, что совсем скоро деду предстояла пенсия. Правда, ему оставалось ещё несколько рабочих смен. Но дед уже со всеми договорился, отработал заранее и на эти самые последние смены выходить не стал, чтобы не дразнить гусей. Скольких его товарищей заваливало в их последний выход! Вызволить живыми успевали далеко не всех. Видно, эти самые подземные гуси не отпускали.

– Ну, чего встал? – сразу накинулась на него бабушка.

 – Разулся, так проходи уже!

– Третья моя шахта… и последняя теперь, – сиротливо вздохнул дед.

Бабушка принюхалась, но ничего подозрительного, видимо, не учуяла.

– Всё, отработал, значит? Лодырь ты теперь?

– Как ты, что ли? – вполголоса огрызнулся дед. – Иди, шастай по своим магазинам!

Бабушка не нашлась чем ответить и решила пока затаиться. Она окинула взглядом Лёню, видно, хотела что-то скомандовать, но передумала.

– Ладно, тут посидите.

Щи вон в кастрюле, – бросила она напоследок и закрыла дверь снаружи.

Ужинать дед не стал. Не включил телевизор. Не взялся за газету. Все привычные дела стали вдруг совсем непривычными. Он сидел и напряжённо думал, представляя, как там сейчас в шахте, кто ползёт по проходу вместо него, кто первым даст сигнал на перекур и кто сделает главную выработку. Лёня молчал.

Дед погладил его по макушке, стараясь улыбнуться.

– Мамка-то знаешь где твоя? – дед оглянулся, будто кто-то мог их подслушать.

Лёня мотнул головой.

– Сестрёнку тебе рожает или братика.

Лёня удивился, а потом вдруг сильно обрадовался. Так сильно, что захотелось прыгать и кувыркаться. Он побежал вдоль комнаты. У него! Будет сестрёнка! Или братик! Но сестрёнка – лучше.

Он то и дело оказывался у одной, другой, третьей стенки, а радость всё не унималась.

– Деда, а давай поборемся? – протянув руку, с восторгом предложил Лёня. – Ну давай, а?..