Пациенты

– Мне кажется, что здесь вообще нет никакой привычной логики, – высказался я, аккуратно положив пролистанный диспетчерский журнал на пыльный стол.

– А может такое случиться, что мы вдруг переместились в иное измерение?! – немного растерянно спросил начальник поезда. – Я много слышал и читал о таких вещах, но никогда не участвовал в этом…

– Геннадий Михайлович, фантастика все это, в жизни такого быть не может! – уверенно заявил Дмитрий.

– Не знаю, уважаемые, не знаю, в этом мире все возможно! – спокойно проговорил я.

 – Кстати, друзья, когда мы еще ехали, у меня в какой-то момент появлялось ощущение, что из памяти исчезла информации о самом себе, в течение нескольких минут я не мог вспомнить, кто я такой и что делаю в поезде. Хочу поинтересоваться, а с вами случалось подобное?

– Наверное! Точно, было! – заявил Геннадий Михайлович. – Некоторое время я не мог сообразить, что я делаю в поезде, поэтому в те минуты мне были безразличны многие вещи, в том числе, доклады проводников о неверном курсе нашего поезда, а потом память вернулась…

– Нечто подобное произошло и у нас с Олегом, и у наших жен, – сообщил Дмитрий за двоих, – помнишь, как мы несколько минут не могли сообразить, кто мы, и почему рядом сидят наши девчонки? А спустя считанные минуты все как рукой сняло…

– Верно, было такое! – подтвердил Олег.

 – Надо полагать, в это время потеря памяти случалась у всех пассажиров, потому что мы слышали их рассказы об этом, когда вместе со всеми вышли постоять рядом с вагонами после остановки поезда…

– И что, больше ничего не ощущали? – поинтересовался я, глядя на Олега, одновременно с этим держа в руках пыльную книгу.

– Вроде бы нет, только эту временную амнезию… – ответил Олег. – А что?

– Вы знаете, кроме этого, я еще испытал зловещий страх смерти и дикую боль в сердце, пожалуй, именно в тот момент, когда поезд проскочил этот ваш злосчастный мнимый тупик, – уверенно констатировал я.

– Наверное, это необычное событие только у тебя вызвало дополнительную реакцию? – предположил бригадир, – правда, мы больше ни с кем не говорили…

– Нет, не только у меня, а, например, у большинства людей из моего вагона, это я точно выяснил, значит, эти симптомы могли встретиться и у других пассажиров, – вымолвил я и положил книгу обратно на стол.

– С нами ничего подобного не происходило, сердце не болело, ни у нас, ни у наших жен, – категорично заявил Дмитрий за себя и за своего друга.