Гламурёныши. Рассказы

Голос дрожит, речь звучит сбивчиво и смято. Когда он садится на место, Люля, чуть разочарованная и всё же безмерно снисходительная, как все любящие, тихо спрашивает:

– Почему тебя назвали обвиняемым?

– Термин такой, – бурчит он, и Люля успокаивается. Мало ли какие бывают термины в этой сфере. Если есть ангелы[1 - Ангелом называют частного венчурного инвестора, обеспечивающнго финансовую и экспертную поддержку компаний], то, наверное, есть и обвиняемые.

Он уже приготовил ответ, если она спросит, почему конференция проходит в здании суда – чтобы меньше платить за аренду.

Но она не спросила.

Маленький человек в чёрном костюме просит её встать, называя обвиняемой и полным именем. Красная от смущения и гордости Люля, которую никто и никогда не называл полным именем, Люля подходит к кафедре. Она готова.

– Признаёте ли вы, – спрашивает человечек, и дальше что-то неясное. Сердце бешено колотится. Она не понимает вопроса, она не поняла бы его в любом другом состоянии – но ответ уже заготовлен.

– По моей инициативе в июле прошлого года были приостановлены торги, в результате чего на бирже начались проблемы с выводом фиатных денег, и мы вынуждены были прекратить работу, – выпалив всё это на одном дыхании, Люля смотрит на возлюбленного – не перепутала ли чего? Но он опустил глаза, и багровые пятна на его щеках разгораются всё сильнее.

– Разморозив клиентские счета на ввод и вывод, – поспешно добавляет Люля на всякий случай.

– Таким образом, вы признаёте, что незаконно обналичили около сорока миллионов рублей? – спрашивает человечек.

Люля кивает. Он произносит ещё какую-то длинную фразу, но самое страшное уже позади. Всё хорошо. Всё.

Очень высокая, очень худая женщина с очень короткой стрижкой неожиданно задаёт очень глупый вопрос:

– А вы понимаете, что такое блокчейн?

– Разумеется, – отвечает Люля. – Это выстроенная по определённым правилам…

Дальше нужно сказать «цепочка», но Люля говорит – «сеточка».

– Сеточка? – удивлённо переспрашивает женщина. У Люли холодеет в груди.

– Достаточно, – говорит человек в чёрном костюме. – Мне кажется, очевидно, что обвиняемая вообще не имеет отношения к процессу.

Люля задумывается. Хорошо это или плохо?

– Что мотивировало вас взять вину на себя? – спрашивает женщина холодно. Нужно что-то отвечать.